Держись подальше!

Он думал, что переберется сюда позже, но жизнь решила выкинуть вот такой финт в виде программы по обмену студентами. А он и не сопротивлялся. Их декан, Ратников, сказал подать заявление, он и подал, а уже через пару недель оказалось, что Нью-Йорк ждет.

Спустя сорок минут благодаря указаниям навигатора Паша припарковал машину у элитного многоэтажного здания в Верхнем Ист-Сайде. Жизнь на улице била ключом, пока он, выйдя из машины, тут же перешел дорогу и вошел в дом. Консьерж пропустил его, стоило только назвать имя.

Лифт, десятый этаж, звонок в дверь…

– Ну наконеееец-то! – Дубнов с громким хлопком по спине рывком притянул к себе Борзого. Или это лучший друг его притянул.

Не важно. Главное, что они наконец встретились.

Парни крепко обнялись и со смехом отошли на шаг, чтобы осмотреть друг друга.

– Дуб, от тебя все так же несет сигаретами!

– А ты все так же завидуешь мне по этому поводу, Борзый!

Они снова заржали, и Андрей кивком головы пригласил долгожданного гостя пройти внутрь.

– Давай заходи. Хоть посидим по-человечески в кой-то веке.

– А твоей нет?

Пашка прошел следом за другом в большую гостиную, откуда открывался потрясающий панорамный вид на город.

– Скоро придет. Что пьем? Чай, кофе? – Андрей бросил из-за плеча, направляясь на кухню.

– Чай, и две ложки сахара, – хохотнул Дуб, заваливаясь на диван.

Спустя пару минут перед парнями стояла бутылка дорого виски и ведро со льдом.

– Сахар положи сам, – намекнув на лед, Борзый уселся рядом.

Бросив два кубика льда, они стукнулись стаканами и опрокинули добрую половину обжигающей жидкости разом.

– Ну рассказывай, как обосновался? – поинтересовался Борзый, закидывая в рот кусок вяленого мяса, принесенного как закуску к выпивке.

– Отлично. Шикую. Двухэтажный дом с двумя бассейнами, тачка в моем распоряжении, – при воспоминании хозяйки машины у Пашки снова кровь забурлила. Представил, как она там со злости его материт, и прямо кайф испытал, потому что уже точно знал, какое выражение приобретает ее лицо во время гнева.

 – Хозяева радушные. Прямо вот не жизнь, а малина. Если все студенты живут в таких условиях, когда приезжают сюда по обмену, то Америка, мать ее, максимально гостеприимное государство. Или же…. – сделав многозначительную паузу, Дуб устремил прицельный взгляд в друга и беззастенчиво ткнул в него стаканом, – кое-кто со связями решил перетасовать карты и подбросить мне туза.

Физиономия Борзого обличительно расплылась в ухмылке.