Вынужденная мера

– Этот дом перешел мне в подарок от деда, – пояснил он, когда мы оказались в прохладном коридоре, на стенах висели кованыесветильники, освещая нам путь, – он ученый-алхимик, отец мамы, и это родовое гнездо, которое, как я надеюсь, перейдет в будущем и к моим детям.

– Хирон, это не дом, а настоящая крепость, – поделилась я первоначальными впечатлениями от увиденного.

– Конечно, – согласился он, – а что еще оставалось алхимикам? Роду без мало две тысячи лет, и всегда находились желающие ограбить библиотеку, залезть в кладовые.

Потому и возвели мои предки эту крепость, чтобы защитить себя и своих детей, внуков. Я всегда любил этот дом, мама позволяла оставаться в гостях у деда подольше.

– А он жив? – спросила я.

– Да, только сейчас живет в доме родителей, там ему не так одиноко, и всегда под приглядом, а то знаешь, он настолько увлечен своими научными изысканиями, что частенько забывал поесть, и если от слуги можно отмахнуться, то проигнорировать дочь, которая берет за руку и ведет обедать или ужинать, не представляется возможным.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, и пройдя немного, Хирон толкнул дверь в просторную комнату.

– Вот, это комната твоя. Ты можешь появляться здесь в любой момент, почему-то я думаю, что тебе это пригодится, – пояснил он и подошел к окну, – а вот там, сразу за стеной нашего частного владения, видишь дом в огнях? Это гостиный двор, самый респектабельный в Подлунном Королевстве.

В нем останавливаются делегации разных королевств и империй, прибывающие на встречи, симпозиумы, обеспеченные маги со всего мира и просто деловые люди, заключающие за обедом или ужином в ресторации двора сделки на огромные суммы.

Я внимательно посмотрела в сторону, куда показал Хирон, верхние этажи гостиничного двора были видны как на ладони, а затем, отойдя от окна, рассмотрела комнату.

– И кто здесь жил? Очаровательная обстановка, как раз для девушки, – улыбнулась я, оглядывая стены, обтянутые сиреневой сатиновой тканью с мелкими букетами белого цвета, пол спрятался под теплым ковром, в котором утопали мои ноги.

У стены стояла односпальная кровать, накрытая стеганым одеялом насыщенного лавандового цвета с белыми подушками, а напротив нее, у другой стены, стоял секретер белого цвета и кресло с наброшенным белым пушистым пледом.