Сказительница

А в каждом встречном городе буду покупать новые.

Побросала туда же всё, что может пригодиться: резной гребень, смену белья, мамины невероятные драгоценности, которые лежали в её давнем тайнике, о котором не было известно дяде. Там же я сберегла на непредвиденный случай несколько золотых монет.

И тут я вспомнила про драконью книгу! Не могу же я её здесь оставить! Спрятав мешок под кровать, я вихрем напялила своё повседневное платье, сбежала по ступеням в библиотеку, заперла дверь. Прислонилась к ней и уже потом тоненько выдохнула.

Глаза едва ощутимо пощипывало.

«Так-с, сначала зачистим следы», – я достала и сунула в камин рваную одежду. Высекла искру. Дунула, чтобы усилить пламя и обомлела! Огонь занялся с первого раза, моментально превратив платье в труху. Поленья горели ясно и ровно. Словно и не было никогда последствий моего первого обращения в дракона.

Затем я сдвинула условный камень и достала книгу. Ненадолго зависла над тайником, махнула рукой и подцепила когтём остальные две: «Мало ли пригодятся, хотя язык их мне совершенно незнаком».

И тут моя челюсть не выдержала стольких издевательств судьбы и звякнула об пол! Я читала эту доселе незнакомую вязь так ясно, как если бы это был мой родной язык! Но больше всего меня поразили надписи на обложках!

«Драконья магия», – проступило золотом на одной из них. «Жизнь дракона в двух ипостасях», – гласила другая.

Глава 4. Прыжок в неизвестность

«Это что, драконьи руны? Ну вообще!» – я больно плюхнулась на пол мимо кресла: «О, Всесветлая, за что ты так со мной?!».

От новых открытий я чуть не расплакалась, но взяла себя в руки. И, тряхнув головой, сунула неожиданную добычу за пазуху. Рванула в свою комнату, забилась в уголок и стала читать.

Начала со второй книги: пролистала мельком полезные советы для драконов, которые только начинают познавать свою суть. «Никому не рассказывать, дать дракону родиться полноценно, вылупиться.

Когти, живые волосы, – об этом я уже и сама догадалась. – Как летать без оборота… М-м-м, это уже интереснее!» – залпом я смогла проглотить почти половину шёлковой летописи с красочными рисунками. Когда перед глазами затанцевали разноцветные мушки, взяла паузу и легла подремать перед предстоящей дорогой. Спрятала свой тощий мешок под подушку, книги пихнула в него же. Обняла всё вместе со своим «сокровищем» и отключилась.

Просыпалась я трудно.