Прощание с Эгой. Моя путевая да непутёвая сага

Коротенькая фотосессия возле него, затем спонтанный перекус из колбасы и овощей у живописненького озерка и гоним дальше бог знает сколько километров по так себе дороге с приятным, но однообразным видом из окна. Леса, поля, леса, леса, леса, поля, поля. И так до ночи с полнокровною луной, которая, помимо фар, была единственным дорожным освещеньем во внешней тьме, что с каждым мигом становилась всё плотней. Благо, что встречка попадалась крайне редко, и мы могли подолгу спокойненько катить на дальнем свете, пока совсем уже не выбились из сил.

Ну, а поскольку ничего хоть сколько обитаемого нам так и не попалось до сих пор, решили ночевать среди полей.

Остановившись у ближайшего пролеска и растянувшись на откинутых сиденьях под тёплым одеялком (ночь выдалась прохладная тогда), мы погрузились в долгожданный сон, который, впрочем, был очень скоро прерван каким-то непонятным копошеньем снаружи у моей двери. Странно, что Дашка никак не среагировала на звук и продолжала размеренно сопеть на задней ложе.

Ну, с Колей-то понятно – сон от такого марш-броска убойный. Но собака…

– Может, посмотришь уже? – раздалось вдруг снаружи тихо, но внятно. Я села. Голос был женский и не настроенный ждать. Я обернулась на Дашку, затем посмотрела на Колю.

– Не буди их, – словно бы видя меня, сказала она. – Открывай.

Всё ещё не решаясь, я лишь коснулась двери, и она распахнулась, явив мне создание с очень серьезным, но милым лицом.

– Привет! – просияла она лучезарной улыбкой, подавая мне руку из шифоновых волн бирюзы, что служили ей одеяньем.

 – Ну, давай, выходи.

– Зачем? – наконец, решаюсь я на диалог.

– Полетаем, – смеётся она, демонстрируя крылья, схожие со стрекозиными, нежно-розово-голубых-серебристых оттенков, что играют всполохами чудных отливов в кромешной ночи.

– У меня таких нет, – говорю я и только теперь понимаю, почему так отчётливо вижу её в темноте. И луна здесь совсем не при чём. Яркий диск её, лишь недавно нас сопровождавший, почему-то куда-то исчез, словно бы, насиявшись на славу, закатился вдруг за небосвод.

Это все из-за тихого света, что исходит от таинственной гостьи самой, изнутри и как бы исподволь. Да к тому ж ещё греет, так, что даже не ощущаешь прохладную свежесть ночи.

– И не надо, – спешит она успокоить. – Полетим на моих.

– На твоих? Ты серьёзно? Вдвоём?

– А что? Что тебя так смущает?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».