Перемена мест

На поворотах останавливался и, изображая уличного регулировщика, жестами и поощрительным свистом направлял нас в нужный коридор. Потом вдруг прошёлся на руках. Наконец, когда в небольшом зальчике все расположились в креслах, чтобы выслушать официальное приветствие, снова нарушил церемониал: стал ловко метать каждому пакетики с шоколадом – тем движением, что пускают, вставши в круг, пластмассовую тарелочку.

Официальные лица не пресекали его шалостей, но всем своим видом давали понять, что они тут ни при чём.

Не реагировали на проделки Джастина также увешанные оружием, переговорными устройствами и множеством блях и ремешков молчаливые молодцы в полицейской форме и ковбойских полусапожках. При взгляде на них у меня всякий раз возникало желание заявить, что я прибыл в штат Теннесси с исключительно миролюбивыми намерениями.

– Что вы хотите – это Юг, – прокомментировала ситуацию переводчица-американка. – А на Юге степень уважения к гостям определяется числом сопровождающих их вооружённых людей.

Ну, это другое дело.

Назавтра, в субботу, Джастин П. Уилсон стал организатором нашей программы в Нэшвилле. Он появился в гостинице «Вандербилд-Плаза» в широкополой чёрной шляпе из мягкого пластика, наподобие тех сооружений с дырочками, что носят у нас пенсионеры, в белой рубахе и лёгких брюках (маленькие зебры, скачущие по светло-зелёному полю). Этот сугубо неофициальный наряд завершали туфли на босу ногу и пара часов на правом запястье.

Когда мы, несколько заинтригованные его обликом, разместились в автобусе, Джастин громко объявил, что обещает советской делегации замечательный уик-энд, поскольку сегодня припекает настоящее апрельское солнце.

Он обмахнул лицо шляпой, расстегнул ещё одну пуговку на рубахе и сообщил, что в такую погоду особенно прекрасен Нэшвилл – лучший город в Америке, а возможно и на всей земле, поскольку это родина кантри-мьюзик, здесь единственный в мире музей кантри, единственный в мире театр кантри и вообще все тут немного чокнуты на кантри: каждый второй играет в оркестре или сочиняет песенки, а знатоки жанра – все без исключения.

Тут наша кавалькада, состоящая из небольшого автобуса местной туристической компании «Кантри энд вестерн турз» и длинной, как крейсер, полицейской машины, двинулась по маршруту. Ради полноты картины следует добавить, что шофёр автобуса Рик Лейн, представляясь нам, не забыл упомянуть, что он сочинитель кантри и играет на банджо.