Коварные игры

Но чем черт не шутит, вдруг все обойдется?

Есть одна оговорка: Дева Дель Сарто не знает меня нынешнего, вряд ли смирится, да и мне тяжело будет видеть любимую девушку из моего прошлого в моем холостяцком логове. Я должен постараться перешагнуть через себя. Мне нужно время…

POV

– Дева, смотри, что я тебе принес, – донесся голос за дверью, затем она отворилась и появился Джино с какой-то коробкой в руках.

Девушка соскочила с кровати и ланью устремилась к своему сводному брату, оставив меня сидеть с ее книгами.

Отбросив их в сторону, я упал на подушки и закинул за голову руки. Я знал, что это надолго, они не могут оторваться друг от друга, и каждый раз при его появлении я отхожу на задний план. Дева выталкивает его за дверь и начинает тихо что-то говорить. Вот о чем я и говорил, у меня нервно дергается глаз и самое огромное желание – это надавать тумаков несносному братцу. Зачем вообще притащился этим летом к ним в гости, если каждый вечер провожу в одиночестве.

Дверь открывается, и в комнату заходит Джино, обнимая за плечи Деву.

Та в свою очередь несет коробку, наполненную каким-то барахлом, со счастливой улыбкой на лице.

– Ты только посмотри, – протягивает ее мне и вытаскивает из вороха нарезанной бумаги мелкие ракушки разной формы, – какие красивые!

– Ерунда какая-то, и зачем они тебе? – Небрежно дергаю плечом, поднимаюсь с кровати и усаживаюсь ближе к ней, так, чтобы ее брат не уселся рядом.

Но этот делает ход конем и оказывается с другой стороны. Одна склонившаяся голова с черными кудрявыми волосами и две повернутые друг на друга.

– Макс, никакая не ерунда, они же уникальные и неповторимые. У меня столько всяких разных, и такие – настоящая находка. – Она все еще ковыряется в коробке.

– Именно, – заносчиво говорит Джино, – нашел самое «ракушечное» место на Боракае в северном районе острова Япак. Старался для тебя, Дева, ходил собирал самостоятельно каждое утро.

Беру из ее пальцев ракушку и верчу в разные стороны – она гладкая и покрытая лаком.

Усмехаюсь и подкидываю ее в воздух, слышу, как со свистом вздыхает девчонка и ловит свое сокровище.

– Макс, – восклицает она и толкает меня с кровати, – ты что! Она же могла разбиться.

– Глупости, это обработанная. Трепач, и ты ему еще веришь! Каждое утро он собирал. Да там тысячи таких, и скорей всего на пляже продают это барахло, были бы деньги. Собирал он. – Встаю с пола и отряхиваю ушибленное мягкое место. – Он принимает тебя за дурочку, раз толкует подобное.