Одержим тобой

Но мне надоело быть без него, обороняться и держать эту маску отрешения до трясущихся рук. Когда мы отстраняемся друг от друга, соприкасаемся лбами.

– Хочу быть с тобой, – шепчу я.

– Никак иначе и быть не может, – отвечает Доусон.

Он встает с кровати и идет в душ. Оставляет меня для принятия решения, кажется, мы давно уже все поняли и к этому шли. Как себя чувствует женщина, которая боится принять неверное решение? Отвратительно, если учитывать, что сердце рвется навстречу к любимому человеку.

Сажусь на кровати, натягиваю одеяло на свое тело, открытыми остаются только колени и край бедра. Волосы копной рассыпались по плечам, сдуваю их с лица.

Где-то в груди ноющая боль, удушение от непрошенных слез и разрушенной временем души. Сколько я еще буду сдерживать себя, отстраняясь? Я устала от этого: от себя и своих переживаний. Просто хочу убить эту волну и встретиться с ней лицом к лицу. Могут ли люди любить друг друга настолько сильно, как он меня, и я его? Повторится ли это чувство однажды с другим? Знаю точно, что нет.

Доусон выходит из ванной комнаты в одном полотенце, повязанным на бедрах. Я рассматриваю его возмужавшее тело, как в первый раз, как из костлявого мальчишки он вырос в сексуального мужчину. Мокрые черные волосы топорщатся в разные стороны мягкими волнами. Капельки воды стекают по его груди, хочу облизать его с ног до головы, как сладкую конфету, усладить им свои губы. С одной стороны, на его теле маленькие пятна, словно от осколков стекла, они тянутся маленькой тропинкой от груди к боку и заканчиваются на обеих коленях.

Он протягивает обе руки ко мне, и я замечаю эти следы на ладонях. Как стигматы, отмеченные на теле святого.

Доусон подходит вплотную, становится на одно колено передо мной, из прикроватного столика достает кольцо, которое однажды принадлежало мне, и я совершенно теряюсь в этой минуте.

– Доусон. – Я замолкаю, когда он целует моё колено, затем второе, все еще держит в руках кольцо.

 – Я не могу сейчас ответить.

Он опрокидывает меня на спину, покрывает поцелуями лицо шею, плечи. Капельки воды стекают на меня, действуя завораживающе.

– Я могу выбить из тебя согласие, но мне хотелось бы, чтобы ты стала моей сейчас. Чтобы помолвка была обещанием исправить то, что произошло тогда. Я пообещал тебе измениться, взамен твоей принадлежности мне. – Языком он облизывает мою грудь, задерживается на соске, уверенно его прикусывает.