На волне

 – Не хочу оправдывать твои ожидания. Сдавайся! У меня хватит воли устроить тебе взбучку! Я слишком сильная для тебя!

Приближаюсь к ней еще ближе, наши тела соприкасаются, я чувствую дурманящий запах ее духов.

– Постарайся быть нежной, – шепотом произношу около ее губ, – сильным буду я.

Я ожидаю всего что угодно, закрываю глаза, полагаюсь на инстинкты и чувство самосохранения. Но вместо оглушающей пощечины я чувствую, как нежные мягкие губы, касаются моих сначала несмело, затем сильнее повергая все мое тело в шок.

Спелая вишня и солнечное лето, так она пахнет и ощущается на вкус. Смелый язычок проникает в мой рот и я едва не стону от удовольствия, посасывая его. Я открываю глаза, обхватываю ее голые плечи и отодвигаю от себя. Момент исчерпан моим воспоминанием! Хотя мне хочется большего, но напротив меня Сабрина Харис, которая принадлежит моему шефу. И это закончится плохо!

– Ты это хотела? – протягиваю ей телефон, – или можем закончить в спальне? У меня есть пару сотен, покрою все расходы.

Ты же на это рассчитывала, устроив это дефиле?

Моргнув, блондинка облизывает свои сладкие губы и переходит дорогу не оглядываясь прячется в своем доме.

Я возвращаюсь на террасу, забираю свой телефон со столика на ходу пишу сообщение Натали, извиняюсь за свое поведение и прощаюсь навсегда. Почему мне не нравятся тихони и девственницы? От них явно меньше проблем!

Глава 5. За 17 дней до

Сабрина

Сегодня я отказываюсь просыпаться по первому зову будильника. Делать то же, что и каждый день, принципиально не входит в мои планы.

Я медленно и неотвратимо двигаюсь к чему-то очень плохому. И зная это, ничто не остановило меня от поцелуя с Бейманом.

Даже лежа в кровати, его фамилия крутится у меня на языке. Теперь и в моем доме мне нет покоя! Я ведь не вышла утром кинуть в него газету. Не варила себе этот дерьмовый кофе. И не перепроверила, пришёл ли мой забулдыга кот домой. Звучит оскорбительно? А как еще назвать мистера Дарси? Я поняла, за что продался этот несчастный.

За молоко! Да, то самое, которое я категорически ему запрещаю. Он ведь уже немолодой, и посадит себе печень! Но кому есть дело до здоровья мохнатого друга?

Именно поэтому Кэм моет его каждое утро, смывает доказательства своей вины, уж мне-то известно, как это плоскомордое чудовище шлепает своим языком, обливая все на свете, себя в том числе.

– Уу-у-у предатель! – слегка толкаю кота в бок, когда он подходит ко мне ближе и начинает мурчать.