Тени за спиной

Если ты когда-нибудь попадёшь в Город-дважды-мёртвых, то ты ни с чем не спутаешь район крематория. Но сначала ты почувствуешь запах, а потом уже увидишь его, – Эстер понизила голос, а я слушал её, одновременно боясь продолжения и желая услышать, что же ещё она расскажет. – После того как несчастного кремируют, события могут развиваться следующим образом: друзьям или родственникам вновь усопшего выдают его останки и они организовывают ещё одни похороны либо прах просто развеивают, если это был одиночка.

Помимо свихнувшихся есть ещё те, кто пробыл в Междумирье слишком долго и их время подошло к концу.

Ты смотришь в зеркало и видишь, что ты уже не симпатичная двадцатилетняя блондинка, которая из-за расставания с ухажёром перерезала себе вены, а полуразложившийся труп с изъеденным червями нутром. Обычно после такого открытия, к сожалению, ты быстро угасаешь.

– Поверь ей, парень, – вмешался Кристофер, который, видимо, несколько минут подслушивал за дверью и наконец-то решил вмешаться в беседу, – Эсти знает, что говорит.

Ещё задолго до того, как мы нашли тебя, у нас на попечении жила Кэролайн. Совсем ребёнок. Она попала к нам прямиком из больничной палаты, где скончалась от разрыва аппендицита. В отличие от нас, она помнила свою смерть и то, как парила над собственным телом, когда врач интенсивной терапии назвал точное время смерти. Мы прожили вместе отличных пять лет, она была нам словно дочь, но, увы, счастье не может длиться вечно. Однажды утром она, встревоженная, вбежала к нам на кухню, и, поверь, её было совершенно не узнать: вместо милого личика и светлых волос мы увидели совершенно безволосый, наполовину оголившийся череп, ввалившиеся бока, обнажающие выступившие рёбра. Мы опешили, ведь ещё вчера она бегала по дому и щебетала, словно птичка. Когда она в слезах бросилась к нам, силы оставили её и она упала в обморок. Мы были в ужасе! Такая милая девочка и такой страшный конец. Уже тогда мы поняли, что она скоро покинет нас.

Эсти грустно вздохнула. Кристофер подошёл, положил руку ей на плечо и продолжил:

– Она не умерла сразу же, о нет.

Ещё несколько недель Кэролайн мучилась в адской агонии и молила нас прекратить её страдания. Одной самой тяжёлой ночью я сидел рядом с ней, когда она повернула ко мне свой обтянутый кожей череп с такими живыми ярко-голубыми глазами и сказала мне слова, которые я не забуду никогда: «Кристофер, – сказала она, – в своей жизни я не сделала ничего плохого. Я не знаю, за что мне всё это.