Ледяная кровь

– Не думаю, что меня туда потянет.

– На самом деле, – продолжил он, – будет лучше, если станешь держаться подальше от монахов, исключая брата Тисла и брата Гамута. Остальные просто предпочтут сдать тебя солдатам, чтобы не подвергать риску аббатство. Или чтобы не сгореть в собственных постелях.

– Только если у меня будут веские причины, – ответила я с ядовитой улыбкой.

– Обрати внимание, потому что повторять я не буду. Территория твоих перемещений ограничена рекой с севера, конюшней с востока, дорогой с юга и краем леса с запада.

Если ты перейдешь эти границы, то получишь взбучку от меня и потеряешь все привилегии свободы.

– Если ты хоть пальцем ко мне притронешься, я…

– Обожжёшь меня так сильно, что даже моя любовница в ужасе сбежит от меня. Боюсь, что эта угроза больше не действует на меня, госпожа Головешка. Лучше сушись поскорее, а то заболеешь. Ты и так слаба.

Он вышел и тихо закрыл дверь, оставив меня в мокрой одежде, от которой поднимался пар.

Глава 5

Следующие три дня я провела в лазарете, чашку за чашкой пила целебный чай брата Гамута и никого не видела, кроме него.

Когда лежать в постели наскучило, я начала бродить по комнатам и коридорам аббатства. Удивительно, как быстро ко мне возвращались силы благодаря травам брата Гамута. Впервые за несколько месяцев я начала чувствовать себя в безопасности.

Но на третью ночь пребывания в аббатстве я вдруг проснулась, почувствовав вкус пепла на губах.

Вцепившись пальцами в одеяло, я помотала головой, пытаясь избавиться от образа домов, объятых пламенем.

Это был просто сон. Но едкий запах дыма не покидал меня. Я села в постели, страх постепенно нарастал.

Пожар.

Накинув рясу, я выскочила из комнаты, хлопнув дверью, и быстро, как только могла, побежала по коридорам монастыря. Следуя за запахом дыма, я вышла на улицу, обогнув северо-западный угол аббатства. Я увидела, как братья и сестры бежали от реки к церкви, выливая ведра воды в пламя, рвущееся из северной двери, их широко распахнутые глаза и напряженные руки казались белыми в свете огня.

Одна из сестер закричала, когда на нее хлынули языки пламени, вода из ее ведра с шипением ударила в дверь. Затем она развернулась и побежала обратно к реке.

– Где брат Тисл? – крикнула я, приближаясь. Его холод стоил тысячи ведер воды.

Один из монахов указал на человека, растянувшегося на земле. Я подбежала и упала на колени. Грудь Брата Тисла поднималась и опускалась слишком быстро.