Монстры и маринованные крабы. Листва Красная

Впечатление усиливает овальная зона карантина на заднем дворе, укрепленная многочисленными решетками, хаотично укутанными колючей проволокой. Сюда много лет назад отправляли восставших рабов, которым вздумалось, что они могут обрести свободу. Они нашли здесь лишь быструю смерть в уютных печах крематория.

Погребальная яхта, тихонько тарахтя, приближается к причалу отгрузки № 17. У причала уже стоит другая яхта. Тоже погребальная, возможно, намного более старая, но скорее всего просто неухоженная и запущенная.

На борту – высокий лопоухий мужчина с кривым носом, широким ртом, пухлыми губами и большими черными глазами – последний философ умирающего мира, как он сам себя называет.

Радужка его глаз, может быть, и не черная, но ее не видно. Зрачки слишком расширены. Бездонная тьма в них.

Глядя в эти глаза, любой начинает думать о смысле смерти.

Мужчина курит трубку. Голубой дым окутывает суровое лицо. На голое тело его надет кожаный плащ с желтым номером 407 на спине, воротник поднят, в области паха плащ застегнут на две пуговицы.

На ногах сандалии на высокой подошве.

Он курит, медленно поднося трубку к губам и смотрит вдаль, глядя сквозь туман и десятки кварталов города. Он слишком занят размышлениями и не обращает внимания на подплывающую яхту. Лишь фиксирует ее боковым зрением, оставаясь глубоко в своих мыслях.

Мален, ловко маневрируя, пришвартовал яхту левым бортом к причалу. Корма к корме с другой яхтой. Так, чтобы обоим было удобно отплывать.

Быстро спрыгнул вниз.

—Листва, швартовые! Сейчас унесет! – крикнул он желтой фее. Девушка очнулась от нахлынувших воспоминаний и суетливо забегала по палубе, скинула канаты. Мален закрепил их хитрыми узлами, на этот раз тщательно и надежно. Течение довольно сильное.

После гробовщик забрался обратно на борт, проверил ремни мешка, поправил крюк, подошел к пульту крана и опустил тело Зимы на причал. Сложил стрелу крана, открыл саквояж и достал два респиратора для себя и Листвы, сунул их в карман.

Мален спустился в моторный отсек и быстро вернулся с большим болторезом, спрыгнул вниз, подал руку Листве, но девушка, не обратив на это внимание, смело махнула вниз, изящно приземлившись на согнутых ногах, выставив руки немного в стороны и прислонив подбородок к груди. Мален почесал затылок. Как кошка, подумал он и надел желтый капюшон своего дождевика. Моросит мелкий дождь. Ядовитый дождь. Листва тоже надела капюшон.