Невеста бывшего друга

Его теплый большой палец скользнул по ее коже, и Сэди почувствовала, как по ее телу побежали мурашки.

– Сэди? – спросил он, и его голос был низким и глубоким.

– Да, Уилл?

– На этой штуковине, наверное, не меньше ста пуговиц.

– Сто восемь, – уточнила она.

По одной в честь каждого года правления семьи Джиордано. Когда тихая свадьба, которую они с Хьюго планировали, стала превращаться в цирк, где даже количество пуговиц имело значение, она должна была положить конец этому и отменить все мероприятия.

Уилл сказал:

– Я хочу серьезно спросить вас: у вас есть еще что-то под платьем?

– Что-то?

– Э-э-э… белье?

До этого момента она не могла понять, какой у него акцент. Но сейчас он был чисто английским. Он казался таким очаровательно смущенным, что она не удержалась и спросила:

– Вы полагаете, что я нудистка?

Молчание. А потом:

– Ну да. Почему бы и нет?

– Нет, Уилл. Я не голая под платьем. Я надела белье.

– Рад это слышать. Вы планируете носить это платье в будущем?

– Как только эта штуковина будет снята с меня, я больше не захочу ее никогда видеть, не то что носить.

– Замечательно. Тогда приступим.

Он взялся руками за ворот ее платья и с силой разорвал материю. Пуговицы рассыпались и застучали по приборной панели, по рулю, по металлическому корпусу машины.

Когда верхняя часть платья сползла с ее плеч, Сэди глубоко вздохнула. Это был первый настоящий глоток воздуха за прошедшие часы. Даже дни. Может быть, недели. С того самого момента, как они с Хьюго ударили по рукам и решили пожениться.

– Спасибо, – сказала Сэди, освобождаясь от платья, пока она наконец не осталась в одном бюстгальтере, сорочке и чулках.

Уголком глаза она видела, что Уилл снова отвернулся.

Она поспешно надела на себя спортивный костюм Уилла. Опять этот запах. На этот раз к нему примешивался запах кожи и одеколона. Чем быстрее она снимет эту одежду, тем лучше.

Запихав платье под сиденье с большей силой, чем было необходимо, Сэди вышла из машины.

Когда ее босые ноги коснулись каменной мостовой, она вздрогнула от холода.

Брюки стали сползать с нее, и она несколько раз подвернула их на талии. Куртка надежно скрывала ее, доходя до середины бедер.

И наконец Сэди решилась взглянуть на себя в боковое зеркало. И буквально отпрянула в шоке. Ее волосы оказались в ужасном беспорядке. Щеки были обветренными и испачканными тушью для ресниц.

Лизнув свой большой палец, Сэди, как могла, стерла тушь.