Романтическая неделя с шафером

Что это было? Насколько Харпер знала, Кормак окончил среднюю школу, переехал в домик Чедвиков у бассейна, отучился в университете и теперь прекрасно себя чувствовал.

С другой стороны, когда-то он дал ей веские основания считать себя законченным подлецом.

– Это правда, Кормак? – спросила Харпер. – Между огромными волнами, бросанием палки для своей собаки и выполнением роли няньки для Чедвиков ты нашел время, чтобы прокатиться по миру?

Кормак мрачно посмотрел на нее. Поняв, что задела его, она откинулась на сиденье.

– Да, нашел, – сказал Кормак.

Он ловко переключил передачу скорости и вошел в крутой поворот. Харпер думала, что они будут ехать молча, но он продолжил:

– Я, как ты знаешь, учился в Англии. Работал в барах и ресторанах, продавал воздушные шары в Гайд-парке, чтобы заработать достаточно денег для путешествий, как только появится такая возможность.

Лола цокнула языком.

– Серьезно, Мак? Ты явно себя недооцениваешь? Под учебой в Англии он подразумевает учебу в Оксфорде по стипендии Родса.

Харпер так быстро повернулась, чтобы посмотреть на Кормака, что чуть не потянула мышцу.

– Это было примерно в то время, когда мы с Грэем познакомились, – добавила Лола, когда стало ясно, что Кормак больше ничего не скажет. – Бедный Грэй, он так тосковал по другу, что стал посещать спортзал, где я работала, чтобы хоть как-то себя занять. А однажды он пришел на занятия йогой – и все. Харп, помнишь, я не смогла приехать к тебе на Рождество в Дубай?

Харпер вспомнила.

– Мы с Грэем отправились в Бостон, чтобы сделать сюрприз Маку.

Кормак крепче сжал руль.

– Я получал степень магистра в области менеджмента и управления.

Харпер моргнула. А затем моргнула еще раз. Рассказ не вписывался в ту картину, которую она сложила у себя в голове.

И зачем все это? С теми преимуществами, что имел, он не пользовался ничем. Первоклассное образование, всестороннее мировоззрение, он должен был жить той жизнью, которую она выцарапывала, за которую боролась.

В поисках ответа ее взгляд зацепился за сухой кустарник на краю утеса и грязь по краям дороги.

– Ну… – сказала она, когда они остановились на перекрестке, и указала на большой потрепанный знак, показывающий дорогу домой. Самый старый действующий маяк в Юго-Восточной Австралии. – Это должно добавить бонусов.

Кормак повернулся к ней, и, хоть его глаза были скрыты солнцезащитными очками, она чувствовала его взгляд.