Романтическая неделя с шафером

Тяжело дыша и медленно виляя хвостом, она смотрела на нее своими влажными карими глазами.

– О! – вырвалось у Харпер.

– Харпер, – прозвучал голос Кормака где-то позади нее, – познакомься, это Новак. Новак, это Харпер.

– Новак?

– В честь великой и славной Ким.

– Актрисы? Из фильма «Головокружение»?

– В точку.

Харпер не так уж часто имела дело с собаками и сейчас не была уверена, как ей себя вести. Что она могла? Только помахать псу рукой.

– Привет, Новак. Мы тебя игнорировали?

Собака вильнула хвостом и села.

– Она что, улыбается? Собаки могут улыбаться?

Харпер оглянулась и обнаружила, что Кормак находится так близко, что она может сосчитать его ресницы. Такие густые, они обрамляли эти цвета расплавленного шоколада глаза.

Она не стала отворачиваться, и он обвел ее лицо взглядом, а затем посмотрел вниз. Он улыбнулся и внезапно наклонился к ней, его запах будоражил ее. Кормак подхватил пару ее сумок, как будто они ничего не весили. Момент был упущен.

Она резко напомнила себе, что тот мальчик, к которому у нее было подростковое влечение, навсегда остался в прошлом.

Харпер взяла две оставшиеся сумки и потихоньку направилась следом.

Кормак уже поднимался по ступенькам большого дома. Впечатляющий особняк в георгианском стиле был первым домом, построенным на утесе над заливом Мун-Бэй отцом Вестона Чедвика. А когда следующее поколение переместило головной офис своей всемирно известной компании по серфингу в этот район, сделав загородный дом своим постоянным домом, сонный городок быстро превратился в пристанище для состоятельных семей, ищущих морских приключений.

Те, кто шел в ногу с Чедвиками, процветали. Все прочие же…

– Ко мне! – крикнул Кормак.

Харпер удивленно вскинула брови. Но тут мимо нее пронеслась собака Кормака, и девушка поняла, что этот крик был командой для Новак.

И Кормак, и его собака исчезли за дверью, как делали это, наверное, тысячу раз. Ходили слухи, что Кормак переехал в дом Чедвиков сразу после окончания старшей школы.

Затем он и Грэйсон вместе отправились в Мельбурнский университет, а потом Грэйсон занял свое место в управляющем совете его семьи, а Кормак открыл свою компанию, обслуживающую одного клиента – семью Чедвик.

Судя по всему, это был умный ход. Поднимаясь по ступенькам, она подумала о том, какую часть своей души ему пришлось отдать за это.

Следуя за Кормаком, она вошла в большую спальню. Он стоял, прислонившись к комоду, почесывая собаку за ухом.