«Cолнечный луч» мраморных скал

Или свернули в какой-нибудь черничник.

– Пожалуйста, не стоит так сильно беспокоиться! – девушка-гид всеми силами пыталась уменьшить родительский страх. – Они не смогут заблудиться. Дорожка одна. Никаких развилок. И в полутора километрах глубокая расселина. Ее и взрослому не перепрыгнуть, не то что ребенку. Заигрались, наверное – дети!

– Заигрались?! Сейчас восемь вечера! – Элен с ужасом смотрела на телефон. – Восемь вечера! Они ушли в одиннадцать! И мобильники в номере остались! Даже не обедали! Александр! Александр!

Элен заплакала.

– Перестань раньше времени! Наши действительно могут про обед забыть. И потом, если они с собой телефоны не взяли, откуда им знать, что уже поздно, что мы вернулись и волнуемся?! Просто пойдем по дороге им навстречу. Уверен, что ничего страшного не произошло!

Александр крепко обнял жену за плечи и повел в строну тропинки, уходящей в горы. Грид, на минуту замешкавшись, но догнала их.

– Позвольте, я с вами!

Глава III

От викинга, который нес на руках совершенно обессиленную от приключений Мишель, исходил непривычный запах: то ли свежей хвои, то ли березовых листьев, размоченных в теплой воде.

Этот запах не был неприятен девочке, скорее, наоборот, он рождал ощущение покоя, надежности – то, что нужно человеку, еще недавно в прямом смысле висевшему над пропастью.

Мишель всхлипнула и теснее прижалась к доспехам своего спасителя. Огромный как гора воин ловко и быстро шагал по узкой тропке. Весьма развитая для своих двенадцати лет испуганная девочка как будто совершенно не мешала мужчине идти и почти целиком помещалась под его левой ручищей.

Два других викинга не менее внушительных размеров, одетые в боевые доспехи, топали впереди. Лиц Мишель видеть не могла, но почему-то была уверена, что они мрачны и суровы.

Никита находился посередине этой странной цепочки. Он явно не успевал за взрослыми, тяжело дышал и как-то скукожился.

«В боку колет», – догадалась Мишель.

Иногда он приостанавливался перевести дух, но замыкающий недовольно ворчал и слегка подталкивал мальчика в спину.

Внезапно воин, который шел первым, остановился. Он резко развернулся, посмотрел на серого, обмякшего от усталости Никиту и поднял вверх руку, словно требуя чего-то от своих попутчиков.

– Стой, Ральф. Поставь девчонку! – приказал он. Потом нагнулся, положил на обросший бурым мхом валун какую-то штуку, запеленутую в разноцветное яркое полотенце.