«Искатели сокровищ» и другие истории семейства Бэстейбл

Прояви этот хныкальщик чуть больше покладистости и не опрокинь кувшин, мы бы дали его спасти преданному пажу, в которого уже переодевался Ноэль. Увы, нам волей-неволей пришлось прибегнуть к иному способу.

Мы вырвали из старой тетради листок бумаги и заставили Г. О. уколоть себе большой палец. Он ведь наш младший братик, и наш долг научить его храбрости. Мы, остальные, уколоть себя не боимся. Кучу раз это делали.

Г. О. был недоволен, но согласился. Мне, правда, пришлось немножко ему помочь, потому что он слишком медлил.

Зато, как я и предсказывал, страшно возгордился при виде красной бусины крови, которая всё росла и округлялась, по мере того как я сдавливал его большой палец.

И вот мы написали послание кровью Г. О., которая у нас, правда, кончилась на слове «возвращён», так что дописывать нам пришлось краской «алое озеро», а она не совсем того же цвета, хотя я всегда ею и пользуюсь, когда рисую раны.

Освальд ещё писал, когда до него донеслось, как Элис шепчет пленнику: это, мол, просто игра, и скоро всё кончится.

Пленник прекратил выть, и я прикинулся, будто шёпота её не расслышал. Капитанам разбойников, знаете ли, порой приходится закрывать глаза на кое-какие проделки своей команды. А письмо получилось такое:

Альберт Моррисон захвачен в плен разбойниками. При условии выплаты трёх тысяч фунтов он вновь обретёт свободу, вернётся к своим скорбящим родственникам и всё будет забыто и прощено.

Насчёт «забыто и прощено» я сначала несколько сомневался, но когда Дикки сказал, что точно такую же приписку видел в газете, сомнения у меня отпали.

Отнести письмо соседям для миссис Моррисон мы позволили Г. О. Это было по справедливости. Писали ведь его кровью.

Г. О. вернулся довольно быстро, а с ним вместе пришёл дядя соседского Альберта.

– Как это понимать, Альберт? – воскликнул он. – Увы-увы, мой племянник. Неужто ты оказался в плену у банды грабителей?

– Разбойников, – поправил его Г. О. – Там ведь у нас было написано: «разбойников».

– Прошу прощения, джентльмены, – извинился дядя соседского Альберта. – Разумеется, вы разбойники. Вот, Альберт, какие ты пожинаешь плоды своей самовольной погони за чучелом – очень, конечно, захватывающего удовольствия, от которого тем не менее любящая мать тебя категорически призывала отказаться.

Альберт в ответ заявил, что не виноват и совсем не хотел играть.

– К тому же ты ещё и не раскаиваешься, – вздохнул дядя.