«Искатели сокровищ» и другие истории семейства Бэстейбл

Письмо у него в руках представляло собой четыре больших листа, сплошь испещрённых мелкими чёрными строками.

Дикки заговорил первым. Выложил отцу всё от начала и до конца, вернее, рассказал всё, что знал сам, ведь мы с Элис не говорили остальным о леди, хлопотавшей за детей погибших моряков.

Когда он умолк, Элис с надеждой спросила отца:

– Значит, мистер Маллоу написал тебе, что всё-таки купит дюжину бутылок? Это вино и впрямь не такое плохое, когда оно с сахаром.

Отец ей ответил, что священник вряд ли может себе позволить столь дорогое вино, и сказал, что хочет сам попробовать херес.

Мы отдали ему весь остаток, так как ещё по пути домой твёрдо решили отказаться от дальнейших попыток зарабатывать на досуге по два фунта в неделю каждому.

Отец пригубил вино и повёл себя в точности как Г. О. Он тоже выплюнул вино в огонь, но ему мы, само собой, этого на вид не поставили. А затем он разразился хохотом и хохотал так, что я боялся, он вообще уже не остановится.

Полагаю, во всём виноват был херес.

Я где-то читал, что вино веселит человеку сердце. Главное, выпил-то отец совсем чуть-чуть. Выходит, всё же хорошее было десертное вино. Бодрило и… остальное я забыл.

– Все в порядке, дети, – сказал наш отец, когда наконец отсмеялся. – Только никогда больше такого не делайте. В винной торговле огромная конкуренция. К тому же вы, кажется, мне обещали не затевать никаких деловых начинаний, прежде чем посоветуетесь со мной.

– Я думал, что ты имеешь в виду приобретение доли в каком-нибудь деле, – ответил Дикки.

 – Но здесь-то речь шла всего лишь о процентах.

Отец опять рассмеялся.

И знаете, я очень рад, что мы купили «Кастилиан аморозо». Оно ведь действительно развеселило отца. А это с ним редко теперь случается, даже если стараешься изо всех сил, шутишь или даёшь ему самые лучшие комиксы.

Глава 12

Благородство Освальда

Про его благородство будет только в конце. Потому что, если вы не узнаете, с чего всё началось, то не поймёте, в чём заключалось благородство.

А начиналось всё примерно так же, как почти все наши другие попытки отыскать сокровище.

Как только мы пообещали отцу обязательно с ним советоваться по поводу деловых предприятий, заниматься ими нам, само собой, немедленно расхотелось. Не могу назвать точную причину, но отчего-то, обсудив свои намерения со взрослыми, даже самыми решительными и умными, вы потом не можете отделаться от чувства, что намерения эти лучше оставить.

Не то с дядей Альберта.