«Искатели сокровищ» и другие истории семейства Бэстейбл

И Дикки продолжил:

– В мире каждый год продаётся, как я полагаю, несколько сот миллионов бутылок с лекарствами. Многих и разных. И почти на каждом есть надпись: «Тысячи ежедневных исцелений». Значит, имеется в виду не одна тысяча, а много тысяч. Тогда, если мы будем исходить хотя бы из двух тысяч, то получим несколько сот миллионов бутылок. Продавцы лекарств наверняка очень много на них зарабатывают. Потому что лекарство почти всегда стоит два шиллинга девять пенсов за маленькую бутылку или три шиллинга шесть пенсов за ту, что в два раза больше, а пустые бутылки, как я уже говорил, по сравнению с этим вообще почти ничего не стоят.

– Деньги берут в основном за лекарство, – уловила ход его мыслей Дора. – Посмотрите, как дорого продаются в аптеке пастилки из ююбы[28 - Пастилки из плодов этого дерева использовали для нейтрализации горечи некоторых лекарств, например хинина.] и мятные леденцы.

– Это из-за того, что они вкусные, – объяснил Дикки.

 – Противные лекарства гораздо дешевле. Какой-нибудь серы или квасцов можно купить за пенни целую кучу. Мы тоже не станем класть в свои лекарства вкусные добавки.

Как только мы придумаем своё чудодейственное лекарство, продолжал он, сразу напишем об этом в газету редактору, а он напечатает о нас хвалебную статью, и люди начнут присылать нам по два шиллинга девять пенсов за маленькую бутылку и три шиллинга шесть пенсов за большую.

А когда наше лекарство их исцелит, станут писать в газету, что мучились много лет и уже не чаяли вернуть себе здоровье, однако наша благословенная мазь…

– Только не мазь! – перебила Дора. – Они такие пачкучие!

Элис её поддержала. Но Дикки их успокоил: никакой мази, исключительно микстура. Вот так мы наметили новый план действий, знать не зная, что опять затеваем деловое предприятие. За что позже нам стало стыдно.

Но это потом, когда дядя Альберта всё как следует объяснил. А пока нам казалось, что для успеха потребна самая малость – изобрести лекарство.

Думаете, это легко, когда уже и до нас успели столько их напридумывать? Ошибаетесь. Задача была гораздо труднее, чем может кому-нибудь показаться. Даже при выборе недуга, который мы хотим врачевать, у нас, как пишут в парламентских отчётах, разгорелась горячая дискуссия.