«Сон Феникса»: Огниво Хаоса

– Еще чего!

А потом старуха сделала мерзкое… она просто плюнула на яблоко и растерла свою слюну ладонью, будто помыла его.

– Съешь! – попросила она, протягивая мне яблоко.

Я сделала шаг прочь от нее.

– Нет, в другой раз…

Ей это явно не понравилось.

– Но ты должна!

– Ничего я не должна!

Я не хотела больше ни на шаг приближаться к этой старухе. Она меня жутко раздражала и пугала.

А потом она сделала еще одну жуткую вещь, от которой у меня волосы на затылке вздыбились.

Старуха одним указательным пальцем правой руки ткнула в свою язву на щеке и начала ее ковырять.

Винсент бы от такой жути точно бы в обморок грохнулся на месте. Готова признать, я сама держалась из последних сил. За время бесконечных схваток с Порождениями я видела много крови, оторванные головы и даже вторые рты на затылках у некоторых «особ».

Кто бы мог подумать, что такое зрелище, как ковыряние старухи пальцем в своей язве подействует на меня так. Это было тошнотворно.

– Ты. Должна. Съесть. Его.

Старуха это процедила, брызгая слюной. Она шла на меня.

– Я не хочу! – выпалила я.

Меня мгновенно окутала дикая злость и ярость. Я была готовая в сию же секунду разорвать эту тухлую бабку на куски! Точно такая же ярость охватила меня однажды в ванне, когда мне почудилось, что у меня выросли демонические крылья и хвост.

Теперь я знала причину своего гнева – это открывается во мне тайная сила моей матери. Способности полудемона прорываются наружу.

– Ешь! – ревела старуха.

– Нет!

Я отбежала от нее.

Все застыло, и стало тихо. Посетители торгового центра наблюдали за мной и старухой.

– Эмили Элизабет, что случилось?

Рядом со мной появился Ламберт, и мне стало гораздо спокойнее.

– Кто эта женщина? – не поняла Кира.

И вот уже все мои друзья окружили меня, будто встали на мою защиту.

Все смотрели на старуху, которая замерла, будто обратилась в статую.

– Что вы хотите? – бросил в ее сторону Винсент.

И голова старухи начала трястись. Ее глаза странным образом закатывались, наливаясь желтой краской. Посетители взвизгнули и попятились от старухи.

В один момент старуха выронила корзинку с яблоками.

– Я хочу, – грозно произнесла она.

Ее язва кровоточила. Изо рта брызгали алые капли.

– Чтобы вы съели…

Ее пальцы тряслись. Жуткая старуха сверлила нас яростным оскалом.

– Мое яблоко!

И в тот момент все переменилось.