100 волшебных сказок

Но Лабакан, с трудом сохраняя спокойствие, сказал:

– Всемилостивейший государь и отец, не давайте этому человеку вводить вас в заблуждение. Это, насколько я знаю, помешанный портной-подмастерье из Александрии по имени Лабакан, который заслуживает скорее нашего сострадания, чем гнева.

Эти слова довели принца до бешенства. С пеной от ярости он хотел устремиться на Лабакана, но окружавшие бросились между ними и удержали его, а царь сказал:

– Правда, мой милый сын, бедный человек помешан! Связать его и посадить на одного из наших дромадеров![33 - Дромадер – одногорбый верблюд.

] Может быть, мы в состоянии оказать несчастному помощь.

Ярость принца улеглась, теперь он с плачем кричал царю:

– Мое сердце говорит мне, что вы мой отец! Памятью своей матери я заклинаю и умоляю вас: выслушайте меня!

– О, сохрани нас Аллах! – отвечал царь. – Он уж опять начинает бредить; как, однако, человек может дойти до таких безумных мыслей!

Вместе с этим он взял руку Лабакана и дал ему свести себя с холма.

Они оба сели на прекрасных, покрытых богатыми попонами лошадей и во главе шествия поехали по равнине. А несчастному принцу скрутили руки и посадили его на дромадера; по бокам его всегда были двое всадников, которые бдительно смотрели за каждым его движением.

Царственным старцем был Заауд, султан вагабитов. Он долго жил без детей, наконец у него родился принц, которого он так давно и страстно желал. Но астрологи, у которых он спросил о предзнаменованиях мальчику, дали заключение, что до двадцать второго года он находится в опасности быть вытесненным врагом.

Поэтому, чтобы быть вполне уверенным, султан отдал принца на воспитание своему старому испытанному другу Эльфи-бею и двадцать два мучительных года ждал увидеть его.

Дорогой султан рассказал это своему мнимому сыну и показался Лабакану чрезвычайно довольным его наружностью и его исполненным достоинства обращением.

Когда они приехали в страну султана, жители везде встречали их радостными кликами, – ведь слух о прибытии принца, как огненный поток, распространился по всем городам и деревням.

На улицах, по которым они ехали, были воздвигнуты арки из цветов и ветвей, блестящие пестрые ковры украшали дома, и народ громко прославлял Аллаха и его Пророка, который послал им такого прекрасного принца. Все это наполняло гордое сердце портного блаженством, но тем несчастнее должен был чувствовать себя настоящий Омар, который, все еще связанный, следовал за шествием в безмолвном отчаянии.