Лагерь «Чистые воды»

Лёля посмотрела на неё с полным неодобрением:

– Ты вообще никогда о ней не думаешь! В голове у тебя только книги. А, извини, ещё пончики! А ведь у нас так много симпатичных парней… Неужели тебе никто не нравится?

– Симпатичные? Да они все чокнутые! – сморщилась Саша, сердито размахивая пончиком. – У них в голове нет ничего, кроме компьютерных игр, футбола и Инстаграма. Попробуй подойди к такому и спроси, нравится ли ему творчество Чехова: он решит, что это какой-нибудь блогер!

– С ней бесполезно разговаривать, – обратилась Катя к возмущённой Лёле.

 – Пока мальчишки не научатся отличать хорей от ямба и не выучат всего Пушкина наизусть, она на них даже не посмотрит.

– Ум – это не так уж и важно.

– Сказала блондинка, – передразнила Саша.

Они проспорили ещё с полчаса, выясняя, каким должен быть идеал парня. В итоге им удалось прийти к консенсусу и сойтись в самых важных вещах. Первая: парень должен быть добрым и заботливым. Вторая: сильным и смелым, готовым всегда прийти на помощь. Третья: умным и воспитанным, но не занудным зазнайкой.

Четвёртая: красивым, высоким и чертовски обаятельным.

– С таким парнем я была бы готова провести всю жизнь, – мечтательно сказала Лёля.

– Жаль, что его не существует, – вздохнула Катерина. Тут уже никто не смог ей возразить.

Глава 4

Дорога от Ярославля до Краснодара составляла сутки пути. В качестве транспорта школьная администрация предоставила довольно старый выцветший автобус с облупившейся краской и частично выбитыми стёклами.

Ребята без особого энтузиазма любовались этим произведением искусства.

– Да, этой штуковине самое место в музее раритетов, – заметил Мишка Колобков.

Водитель, куривший подле открытого окна, мрачно уставился на него.

– Нам ехать целые сутки, – сказала Настя Комиссарова своим обычным ноющим тоном: она всегда и всюду находила повод всем пожаловаться. – Моя укладка столько не выдержит!

Одноклассницы сочувственно поддержали её. Они принадлежали к тому типу девочек, для которых сломанный ноготь или выбившийся из укладки локон приравниваются к трагедии мирового масштаба.

– Мы что, на модный показ едем? – буркнул Андрей Коровьев.

– Спать-то мы как будем? – громко поинтересовался Егор Кораблёв.

Директриса, стоявшая неподалёку и отчитывавшая за что-то двух одиннадцатиклассников, почувствовала их вопросительные взгляды. Женщина средних лет, элегантно одетая блондинка: вряд ли кто-то посторонний принял бы её за директора школы.