Согнутые руки

– Эй, вообще-то я собирался оставить себе вон ту, где видно соски!

– Вообще-то ты должен быть примерным женихом, а не любоваться прелестями посторонних девушек! – Я молча сложил картину одну на вторую и стал заворачивать их в накидку.

– Кто бы говорил! А как же Сара?!

– Брак по расчету наших с ней отцов, тебе ли не знать!

– Я знал, что ты запал на эту цыпочку. Не просто же так ты их забираешь у меня.

– Просто я не хочу, чтобы ваши озабоченные рожи смотрели на нее и онанировали!

– Ох, какие мы нежные.

Да забирай ты их, только чек не забудь выписать.

– За мной не заржавеет, после праздника получишь желаемое.

Я вышел с картинами и, на мою радость, спокойно прошелся с ними по коридору и закрылся у себя в спальне. Ну и проблем же ты мне создала, Рослин. Твои снимки теперь будут стоять у меня. Это я так поначалу думал, что поставлю их за шкаф и пусть себе стоят, но не тут-то было! Дурацкая мысль, что они должны висеть на стене, не покидала меня.

Я уже подумывал вернуть их в галерею обратно, а потом снова вернулся в комнату, аккуратно снял с них накидку, поставил у стены и уселся на кровать, закурив сигару, рассматривая их.

Ну что такого в ней? Да, красивая… да, сиськи на месте и женские формы при ней; да, с мозгами в голове, острая на язык, с чувством юмора. Подобные бывают, но таких, как она, я на своем пути не встречал. Джо, почему ты не рассказывал мне о ней раньше? Почему ты скрывал эту радость от меня? Боялся, что я ее обижу, как другие подобные мне извращенцы? Так не будет.

Она славная маленькая женщина, которой всего около двадцати лет, но все равно для меня она – воплощение женщины-мечты.

Я не помню, как уснул. Сны мне вообще не снились. Где-то после двух часов ночи я проснулся весь в холодном поту от женских криков за стенкой, и первое, что я сделал, – спустился в подсобку на первый этаж за гвоздями и нашел что-то, похожее на молоток. Бурная ночка кузена Барти за стеной настолько раздраконила меня, что я решил забивать гвозди в стену ещё ритмичнее, словно под музыку, в такт крикам его подружки.

Похоже, они поняли, что со мной лучше не шутить, и активные крики затихли. Стучать я закончил, картины повесил и лег в постель, засыпая, поглядывая на луговую нимфу вдалеке. Наверное, подумал я, она видит седьмой сон…

Как бы не так. Проснулся я спустя часа полтора от резкого хлопка около моего столика.