Согнутые руки

– У всего есть начало, ты помнишь когда впервые это ощутила в себе?

– Когда узнала, что мамы больше нет. Но тогда я ещё не понимала этой непонятной грусти. А вот с Джо… Да-а, – Рослин вдруг осенило, – после смерти Джо из меня будто высосали все то, что придавало жизни смысл… – ход ее мысли обрывается, и я притормозил Maserati у обочины без причины.

Я перенимаю всё от нее, – это так предсказуемо. Клянусь, чем больше я узнаю о ней, тем меньше знаю. Мне не хватает Джо так же, как и ей. Вижу, она раскалывается будто хрупкая кость, и ничем не могу помочь.

– Многие ошибочно думают, что убив тело, можно покончить со своими страданиями. – Она потирает руки не для того чтобы согреться, просто отвлекается… просто невольное движение.

– Все хотят чтобы их правда была верной. На этом построен мир… Но можно верить, что смерть облегчит всё или же что возникшие проблемы рано или поздно решаться. Можно сбежать, а можно бороться: всё у нас в голове.

– Да, но только любые движения с лживыми масками на лицах, заметны невооружённым глазом в лучах дневного солнца.

Что делать, если ты сам не веришь ни в то, ни в другое? Я не хочу утопать в иллюзиях. Если изо дня в день ты кропотливо ищешь свое место, вылез для этого на верхушку сосны, оглядываешься по сторонам и… ничего! Ты слеп… даже голоса не слышно, ни единого намёка на прозрение.

Я специально отстегнул ремень безопасности и развернулся к ней всем телом.

– Для этого не обязательно лезть на самую верхушку дерева или скалы, надо сместить взгляд – просто посмотреть вниз.

– Вниз?..

– Да, всегда найдется кто-то рядом. И пусть тебе кажется, что этот человек не понимает твоих проблем; с ним нет видимых точек соприкосновения, – нет ничего проще заговорить. Попытка – это не страшно, не больно и первый шаг на пути к обретению единодушия.

Глаза Рослин наполнились слезами, но губы расплылись в улыбке. Ее глаза посылали мне невидимый сигнал – «спаси меня из трясины, спаси меня от отчаянья… скажи, что будешь со мной».

– Мне не хватает Джо, и внутри всё сжимается в комок, когда я понимаю, что никогда не обниму лучшего друга.

Но я уверен, что его неожиданная гибель – наибольший шок для тебя, как для сестры, – ибо он был для тебя неким суррогатом, после смерти Мэдди. Так случается, что кошмар одного человека – это сон другого. Не оглядывайся назад… живи, Роси… я думаю, Джо не хотел бы видеть, как ты падаешь в пропасть.

Нет нужды притворяться, мои слова заставили ее задуматься.