Темная бездна

Внутри лежало что-то сморщенное и бурое – оно как будто бы съёжилось, избегая чужих глаз.

– Похоже на вяленое мясо, – приглядевшись, заявил Нико.

– Фу. – Опал поджала губы. Ну зачем говорить такие гадости?

– Можно будет съесть, чтобы не умереть с голоду, – радостно сказала Эмма. Опал удивлённо уставилась на неё, и девушка пожала плечами. – Ну а что? Я смотрела фильм «Естественный отбор», там так и делали.

– Никогда о таком фильме не слышала, – заявила Опал.

– Да мало кто о нём слышал. Но он очень классный.

Вернее, не столько классный, сколько мерзкий.

– Ух ты, зацените. – Тайлер таращился на окованный металлом сундук, полный мерцающих драгоценных камней. – Как думаете, есть надежда, что эти красавцы настоящие?

Нико лукаво ухмыльнулся.

– Если так, мы богаты!

– Вы хотите обокрасть этот дом? – Опал поверить в это не могла. Они нашли целый склад крутых и потрясных диковин, а он вздумал их украсть?

– Мы, знаешь ли, не все на Оверлук-роу живём, – проворчал Нико.

Опал закусила губу.

Она раньше жила по соседству с Николасом, но когда его отец подал жалобу насчёт тех сов, много людей потеряли работу. А её родители воспользовались этим и отхватили себе большой жёлтый дом, который много лет хотели заполучить. Её мама работала в банке и смогла забрать его за долги.

Выходит, если так подумать, в переезде Опал был виноват сам Нико. А точнее, его отец.

Опал двинулась дальше в поисках очередной двери. Каким бы классным ни казалось это место, оно уже потихоньку начинало наводить на неё жуть.

Как музей восковых фигур, в котором она как-то бывала в Сан-Франциско. Тогда складывалось впечатление, что всё вокруг наблюдает за ней.

Её внимание привлёк постамент ближе к дальнему концу комнаты. На нём стояла большая банка, а внутри плавало что-то зелёное. Опал подошла осмотреть её.

– Что это? – спросила Эмма, подходя следом. – Старая лавовая лампа?

– Не знаю. – Описание Эммы неплохо подходило для этой банки. Внутри неё было… что-то. Бесформенная клякса лаймового цвета.

Повинуясь порыву, Опал коснулась пальцем стекла, как делала когда-то в детстве, когда бывала в океанариуме.

– Это ещё что? – спросил Нико, присоединившись к ним. Эмма схватила его за руку. Её лицо так и пылало восторгом.

– Нико, это самое наикрутейшее место на земле, и больше никто о нём не знает. Я официально заявляю, что этот дом теперь наш. Мой, твой и Тая – у нас теперь есть своя точка! – Она запрыгала на месте с горящими глазами.