Под влиянием

А потом ему предложили стать шерифом в тихом округе Скарвей, городе с самым низким уровнем преступности на Аляске, и это стало своего рода освобождением. Старикан, Питер Уильямс, занимавший данную должность более 40 лет, отошел в мир иной, и его начальник – лысый Том – предложил не упускать такой шанс.

– Эта работа как раз для тебя, Чарли, – сказал он тогда, – будешь ловить мелких воришек, заполнять кипы бумажек. И поменьше пользуйся оружием, ну, ты же понимаешь, – он понимал. Скарвей стал для него идеальный местом – прибежищем.

За 10 минут до конца смены зазвонил телефон. Чарли охватил приступ паники. Так случалось каждый раз, когда трезвонил этот мерзкий аппарат. В голове за секунду прокручивались самые страшные сценарии.

– Чарли наш сейчас вздохнет и ловко трубочку возьмет… – прошептал он и ответил на звонок.

Ах, всего лишь ложная тревога. Оливия Смит снова потеряла своего младшенького. Не в первый раз она обращается к нему с подобным. Обычно малыша находили в доме, не считая того раза, когда он укатился в тележке супермаркета и вылетел на парковку.

Стоило только надеть шляпу, – черную шляпу со звездой шерифа – как в кабинет ворвалась женщина с растрепанными волосами, в которой он с трудом узнал Оливию. На ней был блеклый халат с цветочным узором, тапочки, а глаза выражали нескрываемый ужас. Она с ходу начала орать, сбивчиво рассказывая, что произошло. Понять ее было проблематично. Шериф пришел к выводу, что в этот раз проблема серьезная, и начал вспоминать протокол действия при пропаже ребенка, но в голове был сумбур.

– Оливия, – сказал он, – давай присядем.

На ее глазах навернулись слезы, сама она не шевелилась.

– Мой мальчик, Чарли, его нигде нет. Мы с соседями обыскали все, что могли. Думаю, его сбил поезд или что-то еще хуже.

– Расскажи мне, как все случилось. Сколько времени прошло, когда ты видела его в последний раз? Где он находился при этом и что делал? Кто видел его последним?

Шериф никак не мог вспомнить, какого возраста был ребенок, едва ли тот мог ходить, а спрашивать было стыдно.

– Я была на кухне, – начала она тараторить, – Ричи играл во дворе. Я отвернулась, не знаю, буквально на минуту… готовила цыпленка, понимаешь? У нас же забор, что тут могло случиться? Гораздо опаснее бросить плиту без присмотра… Мои дети могли остаться без ужина! Не будь я так внимательна. Не знаю, может, полчаса прошло где-то. Да.