Оскар. Проклятие Блэксберри

Вы знали, что прекрасная Лаура была возлюбленной поэта Франческо Петрарки?

– Нет, – равнодушно ответила она.

– Так и есть. Он посвятил ей множество произведений. Воспевал ее золотые локоны, хотя ваши скорее отдают бронзой… Мисс Линч, вы меня слушаете? Я утомил вас?

– Слушаю… просто тяжело идти в гору и говорить.

Но мистера Палмера даже не мучила одышка.

– Разумеется. Уверен, матушка поэтому дала вам такое красивое имя. В честь музы Петрарки.

Лора остановилась, чтобы отдышаться. Оскар уже прыгал наверху.

– Не совсем. В честь певицы Лоры Брэниган, – пошутила она.

– Что-что?

– Ну, знаете, диско. Танцевальная музыка.

Мистер Палмер не понял.

– Почти дошли…

С холма открывался потрясающий вид на озеро и обрамляющий его со всех сторон хвойный лес. А сзади красовался особняк Блэксберри на фоне гор.

– Ничего себе! – воскликнула Лора.

– Папа, папа, луну видно!

– Наш прекрасный лес во всем своем великолепии, – восхищался мистер Палмер.

– Никогда не видела столько сосен.

– Папа, глянь же! Луна, а еще светло!

– Знаете, многие ошибочно полагают, – снова поддался речам хозяин дома, – будто сие красота – явление природы, но это не так. Хвойные деревья, что составляют Сентерберский лес, все до единого высажены людьми и выращены искусственно.

– Надо же!

– Мисс Линч, луна, смотрите!

– Очень пригожие в строительстве и устойчивы к любой погоде… – пояснял мистер Палмер.

– Понимаю…

– Ходит легенда… должен пояснить, сам я не сторонник подобной ереси, хотя в детстве, конечно, любил такие истории.

Так вот, однажды в долине озер поселился злой дух. Он нападал на людей по ночам и воровал младенцев. А после пожирал их заживо. Тогда люди стали сажать по одному дереву – пихту, кедр или ель – за каждую умершую душу, чтобы те не метались по свету как неприкаянные, а поселились в деревьях и тянулись к солнцу. Спустя несколько столетий деревьев стало так много, что долина превратилась в лес. Говорят, дух до сих пор бродит там… Хотя я надеюсь, что он заблудился.

Лора с трепетом смотрела, как колышутся верхушки сосен. Было в них что-то жуткое.

– Я сказал: луна! Почему вы не смотрите?! – разъяренный Оскар топнул ногой и привлек всеобщее внимание, ведь холм задрожал так, будто рядом едет грузовой поезд.

Лора впервые увидела дьявольские огоньки, промелькнувшие у него в глазах, и поняла, что рана на ее ладони не последняя. Холм продолжал дрожать, а Оскар злиться. Казалось, мальчику подвластна целая стихия.