13 сказок о прошедшем завтра

– Для вас, господа, ничего не жалко – вы будете получать от меня кузнечный товар самого высокого качества по самым низким ценам и в таком количестве, в каком пожелаете.

– Постойте, – сказал один седой как лунь старый кузнец, – тогда мы перестанем быть кузнецами и не будем больше ничего ковать.

– Этот уважаемый человек стар и мудр, – сказал незнакомец, – но он отстал от жизни. Вы не перестанете быть кузнецами, поскольку только вы можете распознать настоящий товар. Только вы сможете его продать и хорошо заработать.

– Так оно и есть, – согласились молодые кузнецы, – важно не молотом махать, а в голове что-то иметь. Мы в кузнечном деле понимаем, а это главное!

– Ну, раз молодежь молотом махать не хочет, то и мне, старому, не пристало, – сказал старый кузнец. – Только скажи, мил человек, ведь торговля требует большого оборота денег, а где мы эти капиталы возьмем?

– Вы получите от меня оборотный капитал в миллион золотых, – заявил невысокий человек. – А взамен я попрошу немного – одну девятую солнца над вашим городом.

– Солнца? – рассмеялись кузнецы. – Да вы, сударь, чудак! Ну, коли так, то по рукам!

– Наше соглашение вступает в силу первого декабря, – строго сказал незнакомец. – Готовьте свои лавки к товарам! Честь имею кланяться.

Он быстро сел в карету, и она вихрем унеслась от кузниц.

– Кэтрин, смотри – в карете едет мой карлик! – дернул сестру за рукав проходящий мимо Курт.

– Где? – недоверчиво повернулась девочка. – Точно!

Карлик, а это был он, тоже увидел детей и спрятался за занавеску кареты.

– Господа портные! – по-деловому обратился к ним Карлик. – Извольте взглянуть на некоторые товары!

И к изумленным портным принесли диковинные платья и камзолы, рубашки и юбки, брюки и галстуки.

– Ах, какая линия! Какой крой! Что за выточка! – перебивая друг друга, восхищались портные и портнихи.

– А ткань, вы посмотрите, какая ткань, – не унимался Карлик, – такой тонкой ткани вы еще не видели. А теперь вопрос – сколько стоит эта юбка? – и он достал из сундука чудную кружевную юбку.

– Если на продажу, сударь, то, надо думать, никак не менее двадцати монет. Тут и ткань, и работа, и крой – двадцать монет, это ее цена.

– А я вам, господа, продам всего за две монеты. При этом я могу поставить любую одежду, даже ту, о которой вы и понятия не имеете. И все из добротных тканей, сшитых лучшими мастерами мира.

– Но, сударь, мы простые портные и у нас нет денег на оборот таких товаров.