Греховное падение

Атласная ткань оказывается приятна на ощупь, хоть и слегка сжимает запястье. Я не двигаюсь, наблюдая за его манипуляциями, не сопротивляюсь. Это его игра. Мрак встречается со мной взглядом, и я ловлю в них некое удовлетворение, но не концентрируюсь на нем, так как мужчина опускает руку на грудь, сжимая ее.

– Ты так красива, – говорит он, убирая руку с груди и двигаясь вниз, останавливаясь на животе, – идеальна, – его пальцы порхают по моему разгоряченному телу, а я сжимаюсь в предвкушении.

Внутри меня нарастает жар от его ласк, а между ног становится все влажнее.

Если бы был включен свет, Мрак бы заметил, что я краснею от такой реакции своего тела на мужчину, которого толком не знаю, но он не видит, продолжая свое исследование.

Я охаю, чувствуя, как он раздвигает мои складочки пальцами, а его член прижимается к моему входу. Я жду этого, внутренне трепеща, а мужчина медленно заполняет меня, расширяя больше, чем какой-либо мужчина до этого.

– Вся моя, – говорит мне на ухо и делает первый толчок, входя до упора, приподнимая мою попу при этом под нужным ему углом.

Боль простреливает пред глазами в виде звездочек от чувства невероятной наполненности. Мрак, будто замечая мой дискомфорт, накрывает мои губы своими, целует, прикусывая губу, и всасывает ее в свой жаждущий рот. Я охаю, когда чувствую его очередной толчок во мне, еще чуть-чуть, и я распадусь на атомы, мельчайшие частички, от остроты ощущений. Мрак пользуется этим, его язык путешествует в моем рту, главенствует, подчиняет, как и сам мужчина.

Глава 8

Мрак… Ни с одним мужчиной я такого не испытывала. Он долго дарил наслаждение, вознося меня не один раз в другие миры, открывая новые грани. Не было боли, ничего из того, что мне снилось, лишь связанные руки над головой, легкое пощипывание сосков и все… Практически ничего необычного, если не считать, что он не любил меня, а тра*ал. Да, именно так. Мужчина не жалел и не щадил, вдалбливаясь в мое лоно на полную мощь и растягивая его под свой размер, а я тонула в своей влаге и наслаждении, которое он дарил.

Когда же мужчина, закончив нескончаемый, казалось, марафон, вышел из меня, излившись на мой живот своим семенем и втирая его пальцами в мою разгоряченную кожу, я не испытала отвращения или еще чего-то, только лениво наблюдала за его действиями. Но в голове все же мелькнула мысль, что я необдуманно ему доверилась, не зная его, растворилась, забыв, что у страсти могут быть последствия, как и у незащищенного секса, и это вовсе не дети.