Хранители. Чернобыль Лэнд

– Они там спортом занимаются, что ли? – удивленно пробормотал Дмитрий, подошел к воротам и трижды жахнул по ним кулаком.

Толстое железо створок загрохотало и загудело. Голоса стихли, беготня прекратилась. Дмитрий занес кулак, собираясь снова стукнуть по воротам, как вдруг с той стороны забора прохрипел чей-то голос:

– Хто там?

– Свои! – бодро ответил Дмитрий.

– Свои все на месте, мы в гости никого не ждем! – звонко выкрикнул помощник хрипатого. Послышалась какая-то возня и неразборчивое бормотание, потом раздался сухой щелчок.

– Я к профессору Шарову. К Олегу Ивановичу, – сказал Дмитрий, начиная терять терпение. – Позовите его.

– Никого нет дома, – прохрипел неизвестный.

За забором опять закряхтели, затопали. Похоже, те двое тащили что-то тяжелое, выбиваясь из сил.

– Эй! – Дмитрий застучал кулаком по воротам. – Что за ерунда?! Где профессор?!

Если раньше неизвестные хоть что-то отвечали ему, то сейчас они не удостоили его крики вниманием.

– Ладно, – пробормотал Дмитрий, сгибая левую руку в локте. – Щас проверим, есть кто дома или нет.

Он быстро затыкал пальцем в экран ПДА.

«Здравствуйте, Олег Иванович! Это Балабол. Вы на базе? Хочу с вами встретиться».

Дмитрий поставил точку и отправил сообщение профессору.

Вскоре ПДА мелодично пропиликал. Дмитрий посмотрел на экран. Профессор писал, что рад встрече и приглашал заглянуть к нему на огонек.

«Ворота заперты. Неизвестные грубияны не хотят меня впускать», – написал Дмитрий.

Больше от Шарова не было сообщений. Зато спустя полминуты с той стороны забора послышались торопливые шаги, дважды щелкнул замок, и стальные полотнища с пронзительным скрипом приоткрылись на полметра.

В узком просвете между створками ворот стоял рослый голубоглазый блондин в бронекостюме военстала.

– Ты, штоле, Балабол? – прохрипел он.

– А ты еще здесь кого-то видишь? – прищурив один глаз, спросил Дмитрий.

– Не умничай. Тоже мне остряк нашелся. Ну, долго стоять будешь?! – прикрикнул блондин.

Дмитрий нервно дернул плечом. За три последних года он отвык от подобного общения. В Москве и за рубежом с ним на «ты» разговаривали только Игорь Михайлович да трое давних друзей отца из совета директоров «Глобал Индастриз». Остальные обращались к нему с почтением в голосе, порой откровенно лебезя и подхалимничая.

«А чего я хотел? Я для него обычный сталкер, не более того. Молодец он, нормальный мужик. Говорит что думает.