Невеста Джинна

Девушка так старалась поскорее открыть замок, что даже от усердия прикусила свой по-кошачьему розовый язычок. Как только замок подался, я распахнула дверцу. Сейчас, когда свобода была так близка, я неожиданно растерялась. Но это была лишь секундная заминка. Гордо выпрямившись, расправила крылья, почти закатывая глаза от наслаждения. Чёрные крылья, все это время сложенные за спиной в неудобном положении, изрядно примялись.

– Как красиво! – воскликнула служанка, с восторгом прикасаясь к темному перу, что оторвалось от правого крыла.

 Казалось, оно светилось внутренним сиянием, переливаясь от светло-серого жемчужного до чёрно-угольного цвета.

Девушка благоговейно держала перо на ладони, а затем и вовсе прижала его к груди. Не знаю почему, но этот жест меня тронул, заставляя проникнуться симпатией к милой юной служанке.

– Можешь оставить себе, – милостиво дала разрешение, протягивая руки в наручниках другой служанке, что смотрела на все происходящее с открытым ртом.

– Госпожа Габриэль, – подала голос первая, бережно сжимая пальцами перо.

 – Нам не велено снимать наручники.

Я нахмурилась, сузив глаза. Значит, все же пленница… без права на передвижение и собственное мнение.

– Я бы с радостью но…

Ничего не отвечая, я резко сложила крылья за спиной, показывая этим движением все своё негодование и разочарование.

– Я хочу принять ванну и, надеюсь, в этом доме мне причитается другая одежда, – оттянув пальцами безобразно порванное чёрное платье, поморщив нос, добавила: – Чистая.

Служанки закивали, словно китайские болванчики, указывая жестом на дверь цвета слоновой кости.

 Без лишних слов я проследовала в помещение, беспардонно захлопнув дверь перед носом прислуги.

– Я сама! – заявила девушкам за дверью, будто бросая вызов. – И без вас справлюсь, – после чего взглянула на наручники и проворчала. – Дьявольское устройство! Веселое будет купание…

Но дурное настроение как рукой сняло, когда я увидела огромное джакузи, наполовину наполненное душистой розовой водой. Опасливо бросая взгляд на дверь, кое-как стянула с себя остатки некогда симпатичного чёрного платья.

Со вздохом сожаления провела пальцами по рваным, покрытым грязью кружевам, прежде чем безжалостно бросить одежду к уставшим дрожащим ногам. И лишь только когда я погрузилась в благоухающую воду, из глубины груди вырвался вздох облегчения.

Через полчаса, чувствуя себя абсолютно новым человеком, обернула вокруг себя банное серое полотенце и, крадучись, вернулась в комнату.