Ребенок от босса

Я поднимаю руки, чтобы оттолкнуть его, но… спустя мгновение таю, плавлюсь в сильных объятиях под жадными грубоватыми поцелуями-укусами. Постепенно поцелуй становится более чувственным и тягучим, словно сладкая медовая патока. Я стону, непроизвольно выгибаясь в талии, чтобы ощутить горячие тугие мышцы плотнее, ближе… Но когда ладонь касается нежной кожи живота и принимается красться все выше, словно вор, вся сжимаюсь. Меня будто обдает ледяным потоком воды, когда вспоминаю, где я и с кем.

Боже, что я творю?! Толкаю ладонями в широкие плечи, но Максим как неприступная гора – не двигается с места.

Этот тиран продолжает терзать мои губы, словно безумно вкусный десерт, который намерен съесть до последней крошки. И лишь когда я собираю все силы и испуганно бью кулачками по мощным плечам, мужчина нехотя отстраняется. Казалось, он только очнулся от какого-то транса. Взгляд синих, как океан, глаз жадно устремляется на мои припухшие после страстных поцелуев губы.

ГЛАВА 8

Максим

– Приятного аппетита.

Голос отца застаёт меня врасплох. Плечи непроизвольно каменеют, от чего мышцы бугрятся, перекатываясь под тканью футболки. Сидя в гостиной за большим овальным столом, я продолжаю усердно работать ложкой. Сколько за свою жизнь обошёл ресторанов и кафе, чьи владельцы кичатся высокой кухней и профессиональными поварами, но никогда не пробовал такой вкусной шурпы, как эта. Только мать умеет так готовить! Мясо буквально отходит от костей, разделяясь на волокна, а ароматный запах овощей щекочет рецепторы, усиливая аппетит.

– Спасибо, – бурчу, бросая на отца взгляд из-под бровей.

Он одет с иголочки, как и всегда. Классический костюм, белоснежная рубашка, подмышкой зажата свежая газета…

– Ты бы чаще приходил. Мать скучает.

Что-то в его голосе заставляет меня остановиться. Ложка на мгновение зависает в воздухе, прежде чем я вновь зачерпываю наваристый бульон. Мы оба знаем, что он тоже скучает, но отец слишком упрям, чтобы в этом признаться. Только вот проблема в том, что я упрямее в два раза.

– Работы много, – недовольно морщусь в ответ, отламывая большой кусок от ароматного «хьокхам»*. Свежий и мягкий, он тает во рту. Непроизвольно прикрываю глаза от гастрономического удовольствия.

– Что нового, сын? Как бизнес? – отец ищет точки соприкосновения, но натыкается на каменную стену отчуждения.

Усмехаюсь. Специально ведь не называет по имени.

– Нормально, – срывается с губ односложный ответ, когда я тянусь к стакану с водой.