А если это любовь?

– Я первой спросила, – ухмыляется.

– Ну а я переспросил, – делаю шаг ближе к ней, и между нами остается расстояние на вытянутую руку. Милена занервничала, начав осматриваться по сторонам, словно за нами устроили слежку. Хотя ничему не удивлюсь, если прямо сейчас Лиза бдит.

– Демид, – снова повелительный тон Милены, и я поддаюсь.

– Не знаю. Были планы, пока не случилось…, – обрываю себя, потому что об остальном просто не хочу говорить. Это слишком личное.

– Пока «что»? Ты подрался с кем-то? Это было в школе?

– Давай не будем об этом, – отвечаю без эмоций, пристально глянув ей в глаза.

Милена сцепила губы в тонкую полосу, как будто поймала меня на чем-то запрещенном. Дошли ли до нее слухи обо мне? Что она вообще знает о Демиде Максимове? Вряд ли что-то хорошее. Потому что тот Демид не был примечательным. До определенного момента.

– Как скажешь, – безучастно выдыхает, отстраняясь от меня. – Нам надо вернуться. Нас могут потерять. И чего-нибудь подумать не путёвое, – вроде шутка, а ведь со смыслом.

– А тебе есть дело, что о тебе подумают? Или, что о тебе подумают, пока ты со мной? – задаю ей два вопроса на выбор. Подвох – понимаю, но я хочу знать настоящую Милену.

Асташова уставилась на меня, и я в буквальном смысле вижу, как крутятся в голове колёсики. Она думает… сопоставляет все за и против.

– Учитывая, что Лиза на тебя положила глаз – всё может быть.

Ее ответ совершенно не подходил к моим вопросам, но был ключом прямо в цель. Никому не нужны разборки, особенно в выпускном классе.

– И правильно, – из ниоткуда раздается обозленный голос Лизки.

В считанные секунды она оказывается рядом со мной и с силой толкает Милену в бассейн. Естественно, я не успеваю среагировать, и девушка падает в холодную воду. Этот момент происходит в моей голове, будто в замедленной съемке. Лиза мигом смывается с места преступления, а я ныряю за Миленой.

ГЛАВА 8. Демид

– Милен! – кричу я, подплывая к девушке. Она хлопает глазами, пытаясь сообразить, что сейчас произошло.

Мокрая, длинные локоны стали еще длиннее, щеки побледнели и тушь на глазах слегка потекла. Добравшись до нее, хватаю и притягиваю к себе. Она все еще в шоке. – Ты как?

– Я? – легкий испуг и широко распахнутые глаза говорят все сами за себя.

– Идем, я помогу тебе выбраться, – смотрю пристально на ее лицо, отмечая, какой она все же была красивой. Естественной. Милена не начинала закатывать истерик, напротив, ухватилась за меня, и мы вдвоем подплыли к бортику.