Ребенок от брата жениха

Я больше не слышала шелеста крыльев бабочек…

– Давай, заедем в ювелирку? – неожиданно щедро предложил Антон. – Думаю, моя рыбка заслужила серьги… с бриллиантами, – он явно намеренно сделал паузу перед тем, как озвучить название камня.

Мне стало так тошно, что я еле сдержала стон. Ведь всего каких-то пару часов назад он таскал меня за волосы, дергая за руку, словно тряпичную куклу. Унизил мое женское достоинство, втоптал его в…

Антон бросил взгляд на длинные рукава платья, прикрывающие безобразные синяки.

– Если хочешь, Владислав отвезет тебя домой, отдохнешь, а там уже видно будет. Ювелирка не убежит, – предложил Антон, обеспокоенно заглядывая мне в глаза.

Он чувствовал, просто не мог не чувствовать, что между нами появилась трещина.

Мне не хотелось ссор, выяснения отношений, оправданий.

– Да, – прошептала в ответ, стараясь нет смотреть в глаза Антону. Лимит на поддельные улыбки, увы, закончился.

Без лишних слов, Антон отвел меня к машине, где уже ожидал Владислав. Ткнувшись мне в щеку губами, он, попросил, чтобы я обязательно позвонила, как доберусь до дома. Я уже заранее знала, что не исполню эту просьбу. Кажется, я уже все решила. Я помогу Антону получить его вожделенный договор и… мы разойдемся разными путями.

ГЛАВА 14

Два дня спустя

Мия

– Нин, не надо! – я вцепилась в руку подруге, пытаясь остановить ее. – Пожалуйста!

Сопя и кряхтя, лучшая подруга натягивала в коридоре красные туфли на низком каблучке, не обращая никакого внимания на мои мольбы.

– Сейчас… Сейчас… – Нина, отдуваясь, выпрямилась и уперла руки в бока. – Тащи сюда сковороду! Давай, быстрее только. Ту, чугунную, с металлической ручкой, – уточнила Нинка, увидев, как я удивленно вытаращила на нее глаза. Ее подкрашенные красной помадой губы скривились в нетерпении.

– Нин, ну ты что?! – уже чуть ли не плача, я умоляюще посмотрела в зеленые омуты, что потемнели почти до насыщенно-болотного цвета.

– Неси! Кому говорю?! – подруга вновь принялась разуваться в узеньком коридоре, ворча себе под нос, что полы жалко пачкать, только помыла. Скинув туфли, она направилась на кухню, громко топая, словно солдат, марширующий по плацу.

Мне лишь осталось броситься за ней следом.

– Ну, Тошенька! Крысеныш! – Нинка, громко шумя кастрюлями на нижней полке кухонного шкафа, добралась до сковороды.