Хранители. Проект «О.З.О.Н.»

– И не увидите: аккумулятор разрядился. Будь с ПДА все в порядке, вы бы услышали характерное потрескивание и заметили бы на экране зеленоватое пятно, потому что вон там, – Балабол согнул правую руку в локте и показал большим пальцем за спину, – аномалия.

Женщина поняла, что сболтнула лишнего, опустила руки и перестала стучать ножкой, но проводника было уже не остановить.

– Не, ты, конечно, можешь идти напролом, но тогда не обижайся, если твои кишки намотает на ветки во-о-н тех кустов. Ты этого хочешь?

Лань помотала головой.

Глаза из узких щелочек превратились в серые глубокие омуты. Балабол почувствовал, как тонет в этих бездонных колодцах, отвел взгляд в сторону и продолжил, понизив голос:

– Вот разрядим аномалию, тогда и пойдем, точнее, побежим, пока она сил набирается.

Он посмотрел по сторонам в поисках подходящих по размеру камней, но так ничего и не нашел.

«Раз нет возможности разрядить ловушку, значит, надо как-то ее обозначить».

Балабол ухватился за пришедшую на ум идею.

Решил было наломать веток и бросить в аномалию, но передумал. Уж больно не хотелось приближаться к болоту. Пахло и в самом деле нехорошо, как будто в трясине гнили туши мутантов. Будь у него с собой противогаз, он так бы и поступил, но пришлось искать другой способ.

– Повторяйте за мной. – Балабол наклонился, обеими руками вырвал с корнем траву и выпрямился.

Лань с Потапычем переглянулись. В ее взгляде читалось недоумение, она как будто спрашивала напарника: «Что он творит?» Потапыч пожал плечами, но сделал, как велел проводник.

Брюнетка замешкалась на секунду, но последовала примеру мужчин.

– А теперь кидайте это добро в аномалию, рвите еще и снова бросайте.

Балабол швырнул траву перед собой, наклонился, вырвал новую порцию «маркеров» и отправил вслед за первой. В танцующем над «юлой» воздушном вихре закружились отдельные травинки и торчащие из комков черной земли зеленые стебли.

«Туристы» поняли задумку.

Вскоре зона действия аномалии была видна невооруженным глазом.

Размеры гравитационной ловушки поражали воображение. Одним краем деструктив чуть ли не соприкасался с холмом. Расстояние от помеченного травой воздушного вихря до практически отвесного склона не превышало десяти сантиметров. Растущие на вершине холма сосны шумели пышными кронами на ветру, скрипели янтарного цвета стволами, словно предупреждая путников о притаившейся внизу опасности.