Хранители. Проект «О.З.О.Н.»

Я отправлюсь по своим делам, а вы идите куда хотите.

Наемники переглянулись. Балабол в это время задумчиво смотрел вдаль и не видел, как забеспокоились попутчики.

– Ну, об этом пока рано говорить, – пробасил Потапыч. – Сначала надо решить проблему, потом будем обсуждать, кто, куда и с кем отправится.

Проводник покосился на спутников. Лань и Потапыч, как по команде, растянули губы в дежурных улыбках.

«Кто вы такие, Зона вас побери, и зачем Лани понадобился Болотный Лекарь?» – подумал Балабол, улыбнулся в ответ и потопал к указанному им ориентиру.

Лань с Потапычем двинулись за ним. Вскоре троица с треском вломилась в высокие кусты лещины, из которых шумно выпорхнули потревоженные птицы. Нервно щебеча, пичуги черной стайкой полетели прочь от негостеприимного места, уселись на ветки растущей неподалеку рябины и на все лады принялись распекать двуногих существ.

За кустами, как и обещал проводник, начинался лес. Точнее, даже не лес, а полупрозрачная рощица из молодых деревьев.

Лавируя между тонкими стволами, путники быстро приближались к заросшему кустарником и быльем полю и через несколько минут зашуршали бурой травой.

Шорох сухих стеблей и стрекот насекомых расслаблял. Хотелось лечь в траву, понежиться на солнышке, подставляя лицо теплым лучам. Балабол старательно гнал прочь подобные мысли. В ситуации с неработающим ПДА потеря концентрации сулила печальные последствия: от попадания в не замеченную вовремя ловушку до столкновения нос к носу с мутантами.

К счастью, ни того, ни другого не произошло. Аномалии заранее выдавали себя примятой травой, трескучими разрядами молний или зеленоватым туманом испарений. С мутантами тоже все обстояло хорошо. Встреченные путниками кабаны бродили вдалеке, что-то выискивая в траве возле кустов. Ветер дул со стороны мутохряков, донося до путников слабый запах навоза. Остротой зрения эти твари не славились, так что бояться было нечего. Отряд прошел мимо них не таясь и пятнадцать минут спустя приблизился к кустам малины.

С треском ломая сухие ветки, обрывая листву и колобашки незрелых ягод, путники продрались сквозь густые заросли и остановились на краю оврага.

Потапыч заглянул вниз и присвистнул от удивления. Навскидку глубина оврага превышала пятьдесят метров, а ширина – все сто или того больше. На крутых склонах росла трава, под разными углами к спуску торчали кривые деревья.