Лицо смерти

Никаких имён или намёка на интерес, ведь я как никак её друг Джон, а не подруга Джоан. Но Лили всё равно умудрилась почувствовать искру, промелькнувшую между мной и Харли Гриффином.

После того случая с обмороком я старалась избегать встреч с ним, но вселенная как будто была настроена иначе и издевалась надо мной. Перед выходом на улицу я каждый раз бросала взгляд через боковое окно на дом Харли Гриффина: горит ли свет, сидит ли он на крыльце с бутылочкой пива и провожает закат, уехал ли на работу на своём рычащем пикапе.

Каждый раз дорога была чиста и каждый раз, как только я выскакивала за порог, он возникал будто из ниоткуда. Шёл из магазина с пакетом продуктов, возвращался домой от приятелей, с которыми обсуждал что там обсуждают брутальные мужчины, или просто неспешно прогуливался перед сном с собакой. Харли Гриффин часто появлялся с немецкой овчаркой, которая послушно плелась рядом с хозяином, ни на шаг не отступая в сторону без разрешения. Такая дрессировка лишний раз вызывала у меня обеспокоенное чувство насчёт соседа.

Слишком уж он выглядел самоуверенно, сурово и грубо.

Такие мужчины мне никогда не нравились. За всей этой бравадой, как правило, скрывались ничего из себя не представляющие мужчины, которые были не прочь нагрубить незнакомцу, отшлёпать непослушного ребёнка или ударить «провинившуюся» жену. Именно такой образ и представлялся мне, когда я смотрела на Харли Гриффина. Но почему-то всякий раз ловила себя на мысли, что мне нравится на него смотреть.

На играющие мускулы рук, которые отчётливо видны через половину улицы, когда он закрывает капот пикапа. На накаченные квадрицепсы, напрягающиеся каждый раз, как он переносит вес на ногу во время пробежки. На опасные бездонные глаза, которые заглядывают в мои окна, как будто знают, что я тоже заглядываюсь на него.

Страх и желание переплелись единым комом где-то в моём животе, но здравый смысл предостерегающе сдерживал эмоции. Разум твердил, что такой мужчина мне не по зубам, скорее он сам раскусит меня как орех.

Как уже было год назад.

Джерри всё же «пробил» Харли Гриффина по своим каналам. Тридцать три года, лейтенант местного отделения полиции с отличным, но не идеальным, послужным списком. Парочка жалоб на него всё же нашлась: за излишнее применение силы, за злоупотребление властью и причинение тяжких телесных при задержании. Всё это идеально вписывалось в картину, которая нарисовалась у меня о Гриффине.