Абрикосовая косточка, родом из детства

Сидит он на солнышке, любуется на птиц, делится с ними своими думками.

Был у него в стае голубь по кличке Белясый. По молодости ох и отличный голубь был! Летун – наипервейший. Гнездо всегда оберегал от незваных гостей и голубку свою берёг – она у него одна была, других не признавал.

Когда голубку в позатом году задрал какой-то заблудший кот, остался Белясый бобылём. Заметно одрях, уже не встревает в драку с молодью. Поднимет ещё крепкое своё крыло, но от скандалов уходит. Нахохлится, сядет на карниз и стонет, надувая зоб.

И голову пора бы свернуть, да рука у деда не поднимается – жалко Божью тварь. Где-то в глубине души Митяй сравнивает себя с этим голубем, только Белясому тяжелее – один он.

– Ну, что зычешь раньше времени? Мы ещё с тобой покоптим небо. Вот наступит лето, мальчишки снова приедут. Они тебя и накормят, и напоят – всё легче.

Было у деда четверо внуков. Двое – от старшего сына и двое – от дочери: Славка, Лешка, Пашка и Колька-младший. Были они, почитай, погодками.

Трое уже в школу ходили, а Кольку мать в садик водила.

Вот и закончились в школе занятия, пришли долгожданные каникулы.

Вскоре и ребятишки приехали на радость деду с бабкой.

– Ну-ка, скидывай рубахи, становись на поверку! – выстраивает внуков дед, как в армии. – Так, кость есть, а мясо нарастим. Ничего, что бледные. Нашим южным солнышком прогреет, закалит, будете у меня в полном порядке. С сегодняшнего дня переходите на единую форму летней одежды – сатиновые трусы.

Обуви – никакой, будете бегать на босу ногу. Штаны и сандалии – только по особым случаям. Мужик должен расти самостоятельным и крепким. А теперь айда за мной, стричься.

Пашка стал упираться – жаль своей кудрявой шевелюры. Но дед сказал что отрезал. Говорил он скупо не потому, что одышка мешала, а потому, что слова взвешивал.

– Вы за день так уделаетесь, что к вечеру – как чертенята грязные. Бабка на вас мыла не настачится. С голой головой, оно всегда чище. Ну-ка, пошли все гамузом во двор! – даёт команду дед Николай.

Там, под большой развесистой абрикосиной, была у деда импровизированная цирюльня.

Пока он ручной машинкой выводит Пашке старомодный полубокс, остальные сидят на лавке, ждут своей очереди да украдкой поглядывают куда-то вверх.

Дед сразу разгадал этот взгляд.

– Абрикосы не троньте – зелёные еще, а то, чего доброго, пронесёт.

Закончив экзекуцию, дед велит старшему, Славке, убрать волосы веником.