Аврора из корпуса «Ц»

Они поднялись в небо так высоко, что даже самые высокие и стройные ели казались рядом с ними маленькими рождественскими ёлочками.

Лисицы и зайцы уже давно убежали в глубь леса. Только гадюки решили, что эти дома построены для них и приползали на ступеньки подъездов греться на солнышке. Однако вскоре они поняли, что ошиблись, и тоже уползли подальше в лес.

А вот деревья убежать никуда не могли. Они стояли на своих местах и смотрели, как растут дома.

Когда дома были готовы, из города приехали люди и поселились в них.

Эти люди вели себя совсем не так, как те, что рубили лес и строили дома. Каждое утро они торопливо выходили из подъездов, садились в автомобили и уезжали в город на работу. А те, у кого не было автомобилей, шли на трамвайную остановку.

После них из подъездов с портфелями и ранцами вылетали дети, они бежали в школу и кричали друг другу: «Привет!» Только они скрывались из виду, как из домов с сумками и авоськами выходили мамы и бабушки, они спешили в магазин за продуктами.

Но иногда мамы и бабушки выходили на улицу без сумок и авосек, зато каждая катила перед собой коляску с ребёнком.

Это случалось в те дни, когда в Тириллтопенской больнице малышей осматривал доктор.

В один из таких дней на улице появилась новая коляска; правда, катила её не мама и не бабушка, а папа. Рядом с ним шла маленькая девочка. Девочку звали Аврора.

Вслед за другими папа и Аврора подошли к большому серому зданию. Это и была Тириллтопенская детская больница. Мамы вынимали детей из колясок, оставляли коляски у входа и скрывались за огромной стеклянной дверью.

– Мы тоже оставим коляску на улице, – сказал папа.

– Жалко его будить, – сказала Аврора. – Он мог бы у нас спать до самой кормёжки.

– Ничего, я тихонечко, он и не проснётся, – сказал папа.

Он наклонился над коляской и вынул оттуда свёрток в меховом мешке. Это был брат Авроры, его звали Сократом.

Аврора с трудом открыла тяжёлую дверь, и они вошли в больницу.

В большом зале на длинных скамейках вдоль стен сидели мамы с детьми и в ожидании своей очереди о чём-то разговаривали.

Посредине стоял белый стол, за столом сидела женщина в белом халате и в белой шапочке. Перед ней стояли весы, на них лежал голенький малыш и дрыгал в воздухе руками и ногами. Другая женщина сидела рядом и что-то записывала в толстую тетрадь.

Как только мамы увидели Аврору и папу с Сократиком на руках, они перестали разговаривать и уставились на них. Авроре стало не по себе.