По следам смерти

Сколько фотороботов было составлено с неверных слов, сколько людей ошибочно подпали под следствие.

Оставшийся путь мы проделали в тишине. Я следил за дорогой, которая была пустынна в это время. Диксон уткнулся в телефон и, к моему удовольствию, не пытался завязать беседу, рассказать о себе или начать приносить соболезнования. Ни к чему впустую сотрясать воздух, чтобы заполнить неловкую тишину. За это я был ему благодарен. Диксон заработал несколько очков в свою пользу.

Но мой желудок был не готов терпеть молчание и взвыл барабанным оркестром на весь автомобильный салон.

Я ведь не ел уже больше пятнадцати часов. На дне рождении Моники я так и не притронулся к закускам Стеллы, а после некогда было думать о таких мелочах, как еда.

– Вам нужно поесть. – Будто прочитав мысли произнёс Уэйн.

– У нас нет на это времени.

– На голодный желудок много преступников не словишь. Вам нужно быть в строю, сержант.

– Шеф Хобсон попросил тебя сказать мне это?

Диксон ухмыльнулся.

– Это входит в программу для новичков.

Что ж, Уэйн был прав. Я начинал чувствовать слабость, а сейчас мне нужна только сила.

– Что предлагаешь?

– Как насчёт тако?

Мы как раз проезжали мимо киоска на колёсах, который только собирался открываться. Я бы жизнь отдал за что-нибудь от Стеллы, но придётся довольствоваться чем-нибудь от «Пако».

– Ладно. – Я остановился у обочины. – Ты ведь знаешь, что в программу новичка так же входит простава своему напарнику?

– Уже бегу.

Уэйн сверкнул ровным рядом зубов и через минуту уже был около киоска.

Я увидел, как продавец, по всей видимости сам Пако, замотал головой. Видно, он пока не был готов обслуживать клиентов. Но парочка слов и вот Пако принимает деньги и берётся за заказ.

Вот прохвост. Только что новоиспечённый компаньон заработал ещё парочку очков и заставил меня одобрительно усмехнуться.

Что же я делаю? Это не Макбрайт. И никогда им не станет. Мы с Уэйном Диксоном не друзья и вряд ли сможем ими называться.

Но сам Уэйн, видимо, думал иначе.

Запрыгнув обратно на пассажирское сидение, он протянул мне долгожданную порцию тако, от которой рот сразу наполнился слюной. Не обременяя столь приятный приём пищи разговором, Диксон тут же принялся за свой. Он будто знал все лазейки и ловко обходил мою систему защиты – всё делал так, что моему внутреннему грубияну не к чему было придраться.

Мы молча расправились с тако и через десять минут снова колесили по улицам Макферсона.