По следам смерти

Воздушные шары и украшения уже наполняли комнату.

– Что там?

– Открой и узнаешь.

Моника бережно открыла коробочку.

– Вау! Какая красота!

– Искал её по всему городу. Надеялся, тебе понравится.

И я не кривил душой. Целый месяц я выбирал подарок дочери, не зная, что подойдёт лучше всего. А потом подумал, что десять лет – уже приличный возраст для юной женщины, чтобы получить в подарок настоящее украшение.

– Поможешь надеть?

– Конечно.

Я застегнул цепочку с подвеской на тоненькой шее дочери.

– Нравится?

– Ещё как! Спасибо, пап!

Инцидент с опозданием был забыт. Моника обняла меня так крепко, как только способна маленькая девочка, и уткнулась головой мне в плечо. Она скучала. Как бы показательно себя не вела во время моих отлучек, она хотела, чтобы мы втроём снова были семьёй. Бросив взгляд на улыбающуюся Стеллу и её руку, покоящуюся на плече Курта, я кое-что понял. Это было невозможно.

– Это дельфин? – Придирчиво спросил Курт, сощурившись. Может я просто цеплялся, но каждая его фраза в мою сторону отдавала высокомерием.

– Да. Небольшой символ.

Я осторожно посмотрел на Стеллу. Она тоже не сводила с меня глаз. Тень от воздушных шариков под потолком скрывал её подступающие слёзы. Но я-то видел – она всё помнит.

– У Майкла была серебряная цепочка с маленьким дельфинчиком. – Пояснила Стелла, отводя глаза. – Мой отец подарил подвеску, как только тому исполнилось три года. Необычный подарок для мальчишки, но Майки нравилось. Он носил эту цепочку повсюду, снимал только когда ходил в бассейн.

– Теперь у меня будет такая же, – задорный голос Мон-Мон вывел нас с женой из грустных воспоминаний. – Как у Майки. Ещё раз спасибо, пап. Ты ведь пойдёшь с нами завтра на праздник?

Я бы мечтал провести время с дочерью и Стеллой, но было одно огромное «но». И оно сидело прямо напротив, въедливо вглядываясь в меня тёмными глазами. Я только хотел было придумать отговорку, чтобы не идти, но она сама меня нашла.

Зазвонил мой телефон. Улыбки Моники и Стеллы тут же сдулись, как воздушные шары. Они знали, что означал звонок в восемь вечера.

– Извините, нужно ответить.

Отойдя в другую комнату, я взглянул на экран.

Дилан.

Что ему понадобилось от меня так поздно?

– Надеюсь, ты просто звонишь пожелать доброй ночи, Макбрайт.

Напарник не оценил мою шутку и поспешно проговорил:

– Лапорте попала в переделку. По ним с Босвортом ведётся огонь. Вызывали подмогу.