Убийственная жестокость

Как только двери захлопнулись, шум дождя стал таким приглушённым, будто кто-то выключил звук. Мишель тряслась и пыталась обнять себя, чтобы согреться. В насквозь промокшей одежде это казалось невозможным.

– Куда едем? – Спросил грубый голос с переднего сидения.

Мишель сказала домашний адрес и вжалась в сидение. Ей хотелось поскорее залезть в горячий душ и простоять там полчаса, не меньше. Но в то же время, ей не хотелось, чтобы Дэвид увидел, где она живёт. Мишель никогда не стеснялась того, кем она была.

Простой, незатейливой, в туфлях из «Мэйсис» и серебряными серьгами-гвоздиками, что ей подарили родители ещё десять лет назад. Она не стыдилась своей квартиры в Арлингтоне, районе почти на краю города, которая в сравнении с апартаментами других работников «Хёрли, Блейк и Брауна» напоминали тесную кладовку.

Но это был Дэвид Блейк. Мужчина, который впервые за долгое время вызывал в ней странную мешанину чувств. Тем более она не хотела представлять его на пороге квартиры – слишком лично, слишком интимно, слишком опасно.

– Простите, мистер Блейк, я вымазала вам всё сидение. Я оплачу химчистку.

– Не беспокойтесь, Мишель. Это всего лишь обивка.

Другой бы на месте мистера Блейка удушил бы любого, кто посмел залить водой кожаные, светлые чехлы его «мерседеса». А от Мишель уже успела натечь целая лужа.

– Главное, чтобы вы согрелись. Виктор, включи, пожалуйста, печку на полную, – попросил Дэвид водителя, хотя в салоне и так было достаточно тепло.

 – Держите. Это поможет вам согреться.

Он протянул промокшей пассажирке плед, который был сложен в подлокотник между ними. Как предусмотрительно.

– Вы всегда храните в машине одеяло? – Шутливо заметила Мишель.

– На случай, если моя помощница превратится в тающую сосульку.

Он тоже улыбался. Мишель поняла это по голосу, который зазвучал не так серьёзно, как обычно. Она потянулась за пледом и коснулась тёплой кожи Дэвида. Их касание было обжигающим.

Если бы Мишель так не продрогла, то сгорела бы от жара, но сейчас сгорала лишь от волнения.

– Снимите свой плащ, он мокрый насквозь.

Совет был ловким, но отчего-то все в машине почувствовали себя неловко. Мишель принялась стягивать противную накидку, как оказалось, совсем не спасающую от дождя. Ей было невыносимо думать, что мокрая блузка прилипла к телу, выставляя напоказ всё, что Мишель привыкла скрывать от посторонних глаз.