Убийственная жестокость

Так что все его «награбленные» деньги разлетелись быстрее, чем голуби из-под колёс автомобиля.

– Вы бы видели его в деле, Мишель. – Смеялся Гэбриэл, вспоминая тот случай. – Я присутствовал на заседании, хотел лично увидеть физиономию того болвана, что решил обманом высудить у меня деньги. И скажу честно, это было нечто! Дэвид был похож на тигра на охоте. Он вгрызался в адвоката обвинения, как в горло антилопы, и при этом оставался спокойным, как удав.

Мишель самой стало любопытно, как ведёт себя её начальник вне стен кабинета.

Она уже не в первый раз слышала о том, как он грандиозно выигрывает дела, и ещё чаще слышала звериные метафоры и эпитеты, когда описывали его поведение в зале суда. Как только не называли Дэвида Блейка. Акула, волк, а теперь вот тигр.

Когда Дэвид покидал здание офиса в Даунтауне, он ловко сбрасывал костюм и переоблачался в шкуру хитрого, быстрого и кровожадного зверя, который внушает страх, где бы не появился. Мишель хотелось бы увидеть такого Дэвида, и в то же время хотелось бы держаться от него подальше.

На все восклицания клиента Дэвид реагировал холодно. Обычно он бы сам в ответ посмеялся рассказу о прошлых заслугах, но сейчас позволил себе лишь выдавить жалкую улыбку. Гэбриэл всё говорил и говорил, всё больше втягивая в разговор Мишель, а не Дэвида. Со стороны тот казался третьим лишним, случайным прохожим, что заглянул перекусить. В какой-то момент Мишель даже переставала замечать, что забывает переводить, и просто отвечала на французском.

Они смеялись и выглядели так, будто уже десятки лет в браке, но всё ещё не могут оторваться друг от друга.

Последней каплей для Дэвида стал момент, когда в порыве радости Гэбриэл не удержался и положил свою руку на руку Мишель, лежащую на скатерти. Ни к ему не обязывающий, но такой интимный жест вывел Дэвида из себя. Он вытер салфеткой губы, на которых остался жир и послевкусие утки-конфи, и не очень-то воспитанно обратился к Гэбриэлу:

– Не пойми меня неправильно, дружище, но зачем ты меня сюда позвал? Послушать твои истории?

Мишель обомлела.

Это прозвучало не просто грубо, а убийственно. В дуэте с холодным взглядом подобный вопрос мог бы испортить отношения старых знакомых, что хуже – заставить клиента отказаться от сотрудничества с «Хёрли, Блейк и Браун». Что там говорила Тереза про месье Лапье? Он один из самых важных клиентов компании, и его уход может стоить Мишель места.

Она как можно тактичнее перефразировала вопрос.