Убийственная жестокость

Мишель было любопытно узнать «балтиморского героя» сплетен и судов лично, но она заранее решила держаться от него подальше. Типы, вроде Дэвида Блейка, вызывали в ней не трепет, а скорее опасение. Она ни за что не купится на знаменитое обаяние босса.

Время на мониторе сменилось. Девять утра. И ровно как часы на горизонте появился Дэвид Блейк собственной персоной. Мишель выглянула из-за экрана и чуть не захлебнулась от волнения. Вот и он, «властитель олимпа», гений юриспруденции и король этой фирмы. А это она, секретарь без опыта работы, которая страшится встречи с собственным начальником.

Дэвид Блейк вальяжно ступал по мраморному полу, приветствуя сотрудников, попадающихся на пути. Одним он пожимал руки, другим посылал улыбки и подмигивания, третьим лишь кивал, но от этого кивка лица тут же преображались. Ещё бы! Сам Дэвид Блейк удостоил их вниманием.

Мишель старалась не глазеть на фигуру, не спеша продвигающуюся в её сторону, но любопытство было сильнее каких-то там вежливых условностей. Было девять часов утра, а мистер Блейк уже светился свежестью и готовностью вступить в бой.

Костюм-тройка без единой пылинки на отутюженном лацкане вызывающе восклицал о своей стоимости. Накрахмаленный воротничок белой рубашки игриво выглядывал из-под пиджака, скрывая широкую грудь. Вишенкой на торте был тонкий галстук и шёлковый платок в кармашке – дань классике, от которой мистер Блейк не мог отказаться.

Сердце Мишель забилось, как птичка в клетке, но без шанса вырваться на свободу. Почему она так робеет перед ним? Он всего-навсего её начальник, пусть и на несколько голов выше тех, что были у неё раньше.

Может, дело было в том, как он преподносил себя? Рядом с ним любой чувствовал себя второсортным, некомпетентным и жалким. Или только она?

За стуком сердца Мишель едва услышала, как скрипнули его кожаные туфли рядом с её столом, и тягучий медовый голос произнёс:

– Мисс Гудвин. Рад видеть вас.

Он запомнил её имя.

– Доброе утро, мистер Блейк!

Мишель вскочила со стула, попутно вывернув стопку бумаг.

Те листопадом разлетелись по плитам, словно осыпавшийся клён в парке на углу. Ну здорово. Первое впечатление всегда самое важное, а она производила лишь впечатление неуклюжей простушки.

– Ох, извините. Здесь столько бумаг.

Мишель кинулась собирать листы и вздрогнула, когда заметила красивые мужские руки, мелькнувшие рядом.

– Не стоит, мистер Блейк, я сама всё подниму.

– Мне не сложно, – в голосе чувствовалась улыбка.