Агата Мистери. Разыскивается ковёр-самолет

Знаешь ты и то, что пунктуальность для меня превыше всего. Так что, мистер Ларри, будет лучше, если вы немедленно вспомните, куда его задевали. Или ты горько пожалеешь – уж можешь мне поверить.

– Мне казалось, я оставил его здесь, на столе! – прокричал Ларри.

– Тогда где же он?

– Не знаю, клянусь хво… Э-э-э, извини…

– Если бы мы так чудовищно не опаздывали, – вздохнула она, – я бы придумала тебе наказание, после которого ты бы до-олго не смог сесть.

– Мне четырнадцать лет. Ты не думаешь, что я уже немного… э-э-э… перерос возраст, когда…

– Не нарывайся, Ларри Мистери! Я твоя мать! Я имею право наказывать тебя, даже когда тебе будет пятьдесят.

Юноша вздохнул и вернулся к поискам.

После развода Сибилла Доннингтон-Грув вернула себе девичью фамилию, но какое-то время её звали Сибилла Мистери. Пятнадцать лет назад она вышла замуж за Сэмюэля Мистери, который в те годы работал ландшафтным дизайнером королевских садов Англии. Сибилла только начинала трудиться в Букингемском дворце, где координировала все публичные и частные встречи монаршей семьи.

В браке с Сэмюэлем у неё родился Ларри, но уже через несколько лет супруги развелись. Впрочем, было трудно представить себе рядом двух более непохожих людей: неугомонный, безалаберный балагур Сэмюэль и строгая, щепетильная, несгибаемая Сибилла. Кстати говоря, именно благодаря своей вошедшей в поговорку придирчивости и неукоснительной пунктуальности ей и удалось сделать столь впечатляющую карьеру в королевском дворце.

Будучи чрезвычайно занятой на работе, Сибилла редко выбиралась куда-то ещё. Так, в домике на крыше Бейкер-Палас она не была по крайней мере три месяца. Зато она ежедневно названивала Ларри и изводила его напоминаниями о том, что он должен чистить зубы и успешно учиться.

– И ты ещё удивляешься, что не можешь чего-то найти? – фыркнула мама. – Да ты по сторонам-то посмотри! Не дом, а настоящая свалка!

Ларри поморщился, вспомнив, как всю ночь разгребал завалы аппаратуры, одежды и разного хлама, но благоразумно решил промолчать.

Неумолимая Сибилла махнула рукой на дальний угол гостиной, где высилась куча мешков для мусора.

– Я ещё молчу о твоих отвратительных пристрастиях в еде. Ты питаешься пиццей и едой навынос! Ты даже не даешь себе труда выбросить упаковку! Ты вылитый отец! Не человек, а сплошное недоразумение.

Не отвечая, Ларри продолжал безнадёжно рыскать по комнате в поисках пакетика, завёрнутого в позолоченную бумагу.