Агент Бабы Яги

Я вопросительно посмотрел на мирно щепавшего травку Сивку. Тот, не отвлекаясь от любимого занятия, утвердительно кивнул головой. Всё так и есть, мол, как она говорит.

– Так поможешь, или клубок получил и дальше отправишься? – с надеждой в голосе спросила она.

– Ладно, показывай, где там твой ручей, – проворчал я.

Она обрадовано скакнула в воду, и к ней тот час подплыл большой сом. Водяница лихо забралась на его мокрую, скользкую спину, и рыбина поплыла против течения со скоростью пограничного крейсера.

Я еле успел кое-как усесться на Сивку, и мы поскакали следом по берегу.

Не знаю, каким чудом я удержался на спине моего скакуна. Сивка увлёкся погоней и нёсся во весь опор. Меня же при этом жестоко трясло и подкидывало на его спине.

–Стой! – наконец взмолился я.

– В чём дело? – не тормозя спросил он. – Мы же их уже почти догнали. Осталось ещё чуть-чуть!

– Если это продлиться ещё хоть минуту, я больше никогда не смогу сидеть! – закричал я.

К счастью, в этот момент сом остановился, и водяница соскочила с его спины на берег.

Когда пони затормозил около девчонки, я еле сполз на землю и со стонами рухнул животом в траву.

– Звать-то тебя как, бедолага? – спросила водяница.

– Рэм, – сквозь зубы ответил я.

– Очень приятно. А я – Светлена. Что, так плохо?– участливо спросила она.

Я только застонал в ответ.

– А ты в реке искупайся. Вода прохладная, приятная. Вмиг полегчает.

Я обрадовано стащил через голову рубашку и уже хотел снять джинсы, но вовремя вспомнил, что на мне нет плавок.

Я покраснел и сконфуженно ответил, что не хочу купаться и что мне уже лучше. Она же хихикнула и ответила, что может отвернуться. Вот же вредина! Чтобы сменить тему, я напомнил ей, что мы здесь не ради купания и что у меня и так времени мало. Светлена тут же стала серьёзной. Она встала и пошла к камышам, тянущимся от воды широкой лентой куда-то, к окутанному дымкой лесочку.

– Вот русло, – сказала она, раздвинув камыши.

Я замешкался и получил чувствительный толчок сзади, пониже спины.

Вскрикнув, я вывалился на жёлтый песок с мелкой галькой и обернулся.

– Извини, – ответил Сивка, выныривая из камышей следом за мной, принюхиваясь. – А чем это так противно пахнет?

Я тоже потянул носом и скривился. Запах был не сильным, но очень неприятным. Я вспомнил, что именно так пахнет давно прокисшее молоко, забытое в холодильнике.

– Вообще-то, – сказала водяница, – я туда посылала уток да лебедей, но толку так и не добилась.