Аграфена и Братство говорящих котов

Лионелла схватила его за усы и подтянула его лицо к своему.

– С каких это пор начальник стражников обо всем узнает самым последним? – тихо осведомилась она. – Хочешь, чтобы я пожаловалась на тебя императору? Великий Велдор быстро укоротит твои усищи!

Маленькие глазки Мафусаила едва не вылезли на лоб.

– Не надо, миледи! – запричитал он. – Впредь я буду порасторопнее!

– Хочется в это верить! – Миледи отпустила его усы так резко, что тот едва не свалился на пол. – А теперь слушай меня внимательно!

– Я весь во внимании! – тут же повиновался он.

– Отправляйся на дворцовый телеграф и разошли телеграммы по всем имперским заведениям для несовершеннолетних сирот. Пусть директора приютов, школ и тюрем приготовятся к проверке! Я отправляю к ним своих ревизоров. Никого из детей никуда не отпускать! В госпитали не отвозить! Умерших не хоронить! Понял?!

– Так точно! – Мафусаил резко выпрямился и стукнул каблуком о каблук.

– Иди! – отмахнулась от него Лионелла. – И пригласи в мои покои Рашида, Гребуна и Левтину.

У меня есть для них задание.

Глава стражи кивнул и со всех ног понесся исполнять поручение.

Миледи зашагала в свою часть дворца.

На самом верхнем этаже, под куполообразной крышей, располагалась ее лаборатория. Огромное помещение со сводчатым потолком, пропахшее химикатами и разными колдовскими зельями. В центре зала на толстых цепях висел большой шар из блестящего металла. Внутри него постоянно что-то булькало и подергивалось так, что он слегка раскачивался в воздухе.

Под шаром постоянно горел огонь, по всей лаборатории от него тянулись тонкие трубки и провода, соединенные с хитроумными аппаратами, закрепленными на стенах.

Рашид, Гребун и Левтина появились в лаборатории несколько минут спустя. Первого и второго только что подняли с их постелей в покоях замка. Последнюю нашли на имперском балу, она была в роскошном наряде из красного шелка.

Рашид, высокий тощий мужчина с костлявым морщинистым лицом, одетый во все черное, приблизился к Лионелле и с почтением поцеловал ей руку.

У него были длинные с проседью волосы до плеч. За ним последовал Гребун – низкорослый толстяк с обритой наголо головой. С трудом передвигаясь на своих коротких ногах, он также приложился к руке миледи своими пухлыми губами.

Левтина, войдя в лабораторию, лишь слегка склонилась в реверансе. Она была самой молодой из троицы – полноватая женщина с черными, вечно всклокоченными волосами. Впрочем, сегодня они были уложены в элегантные локоны.