Аграфена и тайна Королевского госпиталя

А много лет назад тут производили больших шагающих боевых роботов на паровой тяге. Железные великаны, обвешанные пушками и пулеметами, использовались военными еще до того, как появились куда более маневренные танки и броневики.

Производство роботов давно прекратилось, но их запчасти до сих пор валялись по всему городу. Многие дома Чугунной Головы были построены с их применением: тут повсюду виднелись гигантские ржавые головы, увитые декоративным плющом, руки и ноги, части огромных чугунных туловищ с дверями и окнами.

Аграфена и ее друзья направлялись сюда по очень важному делу. Недавно, во время революции и дворцового переворота в столице, Аграфена, которая ненароком оказалась в самой гуще событий, повстречалась с господином Артемиусом, бывшим инженером из Чугунной Головы, а ныне – узником тюремных подземелий дворца. Ребята освободили его, и эту встречу Аграфена запомнила на всю свою жизнь.

Высокий худой старичок с изможденным лицом лишился дара речи, едва только услышал ее настоящее имя.

– Полина?! – потрясенно воскликнул он, когда первый шок прошел. – Дочь Иллурии?! Так вот почему ваши лица показались мне такими знакомыми!

– Вы знали мою маму? – удивленно спросила Аграфена.

– Еще бы! Конечно, я знаю ее! А ты так на нее похожа!

– Вы, наверное. хотели сказать, что знали ее? Ведь она погибла, когда Велдор и Лионелла пришли к власти.

– Что за глупости?! – отмахнулся господин Артемиус.

А затем прогремел взрыв, в замок ворвалась толпа, и Артемиус затерялся среди множества вооруженных людей.

Во время суматохи и последующей битвы они потеряли друг друга из виду, и инженер Артемиус не успел рассказать больше. Из столицы он исчез, но Аграфена догадывалась, что старик решил вернуться в свой родной город.

И вот теперь они ехали в Чугунную Голову в надежде отыскать беглого инженера, поговорить с ним и узнать больше о пропавшей маме девочки.

Глава четвертая,

где Аграфена встречает старых знакомых

Наконец Триш и Пима перетащили сломанную машину по небольшому каменному мосту через местную речку, вытекающую из озера, и покатили ее по узким улочкам Чугунной Головы, ловя на себе удивленные взгляды местных жителей. Акаций, взъерошенный после недавней взбучки, словно ершик для мытья посуды, предпочитал помалкивать.