Аграфена и тайна Королевского госпиталя

Гигантского роста, мощной комплекции, со здоровенными ручищами и красным лицом, она живо напомнила Аграфене Коптильду, комендантшу сиротского приюта. Только даже той крупногабаритной злодейке было далеко до мамаши Готье. Эта превышала ее размерами почти вдвое.

– Игуан?! – Мамаша Готье смерила пришельца недовольным взглядом. – Снова притащился втюхивать порядочным людям свои бесполезные порошки и зелья?

– Бесполезные?! – взвился Игуан. – Да меня в жизни так не оскорбляли! Взгляни-ка на свое белоснежное платье, – он ткнул пальцем в одеяние мамаши Готье.

– Не понравилось! – громыхнула трактирщица.

– Отчего же?!

– Потому что до стирки твоим проклятым средством это платье было ярко-красного цвета! Да и твои средства от насекомых и вредителей – тоже белиберда!

– А что ты скажешь на это?! – злобно крикнул Игуан и сунул руку в свою сумку. – Мое новейшее средство от комаров!

Он вытащил баллончик угольно-черного цвета, встряхнул его и брызнул в воздух над своей головой.

Акаций захохотал так, что едва не подавился куском сыра.

Игуан тут же повернулся к коту, сверкая стеклами своих очков.

– Это кто там насмехается надо мной?! Назови свое имя, презренный! Я покажу тебе, как хихикать над знаменитым аптекарем Игуаном!

– Это твое имя? – еще громче рассмеялся кот. – Звучит будто название породы ящериц!

– Да, меня так зовут! – Игуан прищурился, поправляя на носу очки, затем изумленно уставился на Аграфену, сидящую рядом с котом.

– Это… Что это? – не понял он. – Что за мерзкое чучело в твоих руках, девчонка?! Ты что, чревовещательница?

– Что?! – возмутился Акаций. – Это я-то чучело?! Ты котов никогда не видел, что ли?!

– Котов? А это еще кто такие? – вскинул брови Игуан.

– Он еще и соображает туго, – подбоченился на столе Акаций. – Нюхни-ка горчицы, может, мозги получше заработают!

И он швырнул в старика баночкой соуса.

– Коты в наших краях – большая редкость, – изумленно пробормотала мамаша Готье, уставившись на Акация.

– Кем бы ты ни был, жалкий комок шерсти, чтоб тебя моль сожрала! – крикнул Игуан. – Сейчас ты пожалеешь, что попался у меня на пути! Ведь меня зовут…

– А меня зовут «Тебе кранты»! – зашипел Акаций. – И сейчас я вцеплюсь тебе в загривок! Вот только сыр доем…

Дело принимало скверный оборот.