У судьбы твои глаза

Ему бы самому поработать «в поле», чтобы сбросить лишних десять кило, которые подпоясали его от сидячего образа жизни. – Слышал, ты свинтил с объекта в субботу. Вот я и спрашиваю, какого чёрта?

Дьявол. Готов поспорить, что племянничек успел настучать на меня. Ему бы такое рвение да в работе – цены бы не было.

– У меня возникли срочные семейные обстоятельства.

Широкие брови Таннера схлестнулись на переносице.

– Я только и слышу, что о твоих семейных обстоятельствах. Когда это закончится?

– Когда мой сын поправится.

 – Процедил я. – Ах да, этого не случится в этой жизни, поэтому никогда.

Мой грубый ответ разозлил его ещё больше. Губы сжались в тонкую линию и даже побелели от натуги. Я был готов к взрыву, который сметёт этот город с лица земли, но внезапно Таннер заговорил спокойным голосом:

– Мне жаль, что с твоим сыном такая беда. – Оказывается, даже у дьявола есть сердце! – Я понимаю, как тебе тяжело каждый день мотаться от сына к работе. – А вот это уж вряд ли.

 – Но и ты пойми меня, Шон. Я не могу постоянно отпускать тебя, как только приспичит. Мой бизнес держится на том, что каждый выполняет свою работу.

Каждый, кроме твоего племянника.

– И я добросовестно её выполняю, Франклин.

– Если бы это было так, дом МакМилланов давно был бы сдан. Саймон оборвал мне телефон, желая знать, когда уже они смогут перебраться в новый дом. Что мне ему сказать, Шон? Что мой прораб не может выкроить денёк-другой, чтобы закончить ремонт?

Кончики пальцев покалывало от злости.

Я еле сдержался, чтобы не сжать ладони в кулаки. Я пропадал на этой чёртовой стройке. Это для сына я не мог выкроить денёк-другой, чтобы сводить его в парк или собрать конструктор. Если бы в мою бригаду не затесался прихвостень Зак Таннер, который дурно влиял на всю команду, мы бы давно со всем управились. Я так и ответил боссу, обернув слова в более изящную обёртку.

– Если бы они не прохлаждались и выполняли хотя бы половину из того, что я говорю, всё давно было бы сделано.

– Если они тебя не слушаются, – парировал Франклин. – Выходит, ты плохой начальник, а не они плохие подчинённые.

У каждого своя правда.

– Даю тебе три дня, чтобы закончить с МакМилланами, Тёрнер. Постарайся уложиться, иначе можешь собирать свои вещи.

Уж лучше бы он врезал мне по лицу – болевой эффект был бы куда сноснее. Я не мог потерять эту работу. Она позволяла оплачивать счета и уверенно стоять на ногах.