День живых

Здесь был инспектор Беннингем, но я хочу услышать всё ещё раз, от вас. От обычного человека, который не будет зачитывать по бумажке.

Следующие двадцать минут Кэтрин и Джим Тодески сидели на кровати и разговаривали о самой страшной аварии, которую им довелось пережить. Почему-то с этим мужчиной было так легко раскрыть свою душу. Слёзы текли сами собой, словно горные реки, которым нет конца. Пару раз Джим сам пустил слезу, без малейшей мысли показаться тряпкой. Он утешал женщину, которую видел впервые в жизни, но его утешения не звучали так же банально, как слова доктора Экхарта или инспектора Беннингема.

– Миссис Шеридан. – В палате появилась медсестра, но не Джоди. Та наверняка сменилась и без зазрения совести ушла домой. – Тело вашего мужа готово к перевозке. Вы поедете с ним или отдельно?

– Я приехала сюда на своей машине. Поеду следом.

Медсестра кивнула и скрылась со словами:

– Они отъезжают через пятнадцать минут. Вам нужно ещё заполнить кое-какие бумаги, так что поторопитесь.

– Извините, я украл уйму вашего времени. – Джим поднялся, намереваясь прощаться.

– Спасибо вам, мистер Тодески. Вы помогли мне, как никто другой.

– Что же я за дурак такой?! – Внезапно воскликнул он, ринувшись к выходу. – Идёмте со мной. У вас ещё есть пара минут.

Что-то заставило Кэтрин выйти из палаты вслед за незнакомцем. Он внушал безоговорочное доверие, поэтому она готова была спуститься с ним на первый этаж, выйти на свежий воздух и пройти к парковке.

Прохлада декабрьского дня освежила не только тело, но и душу Кэтрин. Она провалялась в отключке часов шесть, не меньше. После укола чувствовалось какое-то спокойствие. Наверняка, успокоительные ещё понемногу действовали, иначе бы она снова впала в истерику.

– Меня ни в какую не пустили в больницу с ним. – Между тем говорил оживлённый Джим, резво идя к своему потрёпанному пикапу. – Пришлось оставить малыша в машине.

За широкой спиной Джима показалось какое-то движение.

– Бэй! Господи, это же Бэй!

От звука своего имени пёс активировался и начал метаться по пассажирскому сиденью. Приглушённый лай наполнил салон жизнью, а полупустую парковку хоть каким-то шумом. Хвост выписывал круги, словно пропеллер вертолёта. Глаза загорелись искорками надежды. Про него не забыли! За ним вернулась Кэти и заберёт домой, где уже будет ждать напарник.